Цитаты на тему «палачи»

Я — и рана и меч. И палач, и тот, с кого он снимает кожу.

Палачу орден, сколько добра мне и государству киевскому сделал.

...даже жертвы подчас бывают палачами.

Уроки истории стран и народов повторяет то, чему учит психология: при первой же возможности жертвы становятся палачами.

Самый искушенный палач вначале приласкает, а потом убьет.

— Успокойтесь, Ваше Величество, никто не проговорится, мы все поклялись. — Вы знаете чего стоят клятвы, когда палач берется за дело.

Бывший осужденный вероятно по праву слыл самым страшным палачом всех времен. Он носил в себе Бездну, Вечный Огонь Преисподней. Он не хотел ни побеждать, ни управлять. Это было сделанное изо льда и пламени орудие разрушения, дарованное мне богами.

Кто мог интересоваться судьбой убийцы, кроме палача, ждущего платы за свое дело?

— По возвращении домой я вас помиловал, но что сделали вы в ответ? Вы бросились спасать этого типа. Он пират! — Но он хороший человек. Если теперь палачу достанется две пары сапог, вместо одной, будь так, но моя совесть будет чиста. — Забыли свое место, Тёрнер? — Оно здесь. Между вами и Джеком.

Ті, що народжуються раз на століття, умерти можуть кожен день. Кулі примхливі, як дівчата, – вибирають найкращих. Підлість послідовна, як геометрія, вибирає найчесніших. Тріпочуть під вітром короткі обривки життя. І тільки подвиг людського духу доточить їх до безсмертя

А замечали вы, как часто палачами служить берут именно недомерков?

Если правосудие иногда ошибается, то палач на ошибку не имеет морального права.

Не буди совесть палача – рискуешь разбудить добросовестность.

Палач обычно выступает в маске… законности.

В доме повешенного не говорят о веревке. А в доме его палача?

Вы запятнали себя злодейскими деяниями против двух королевств. Вы убийца, насильник, грабитель. Ваши сообщники изобличили вас, хотя вина ваша не требует доказательств. Мы не на суде, господин Флетчер, мы на войне. И к вашему глубокому сожалению, я здесь и судья и палач в одном лице.

— Мне надо выйти отсюда. — Ты очумел? От страха перед палачом ума лишился? — Меня палачом не запугаешь — я давно в аду. Я предал брата. Ранил в самое сердце и обрек на изгнание. Я должен найти его и вымолить прощение. А потом и умереть можно.

Что касается Герберта Цукурса, то сперва он прославился, совершив в 1933-1934 годах полёт в Центральную Африку на самолёте, который сам собирал в течение нескольких лет. <...> В 1941 году отважный покоритель неба, обуреваемый непомерным тщеславием, становится правой рукой главного палача Латвии Виктора Арайса и фактическим «хозяином» Рижского гетто. Это он во время расстрелов кричал: «Дайте мне напиться крови!» Это он разъезжал по гетто в открытом автомобиле и стрелял во всех встречных евреев, ликуя, когда попадал. Это его в Риге прозвали «палачом еврейских детей». Возмездие нашло Цукурса в 1965 году в Южной Америке. Не добившись официальной выдачи карателя, агенты израильской разведки Моссад привели приговор в исполнение. Это была одна из самых блистательных операций спецслужб Израиля. Вот такие герои сейчас популярны в Латвии. <...> И вот представьте себе ситуацию — вы приезжаете в столицу Латвии Ригу, замечательный старинный европейский город. В каждом сувенирном киоске вы можете увидеть почтовый конверт, на котором красуется изображение Герберта Цукурса, военного преступника и карателя. А венчает его портрет такая надпись: «Латыш, когда тебе будет трудно, помни, что Герберту Цукурсу было еще труднее!»

— Доброе утро, сэр, меня зовут Трупер. Сегодня — я ваш палач, сэр. Не волнуйтесь, сэр, я повесил сотни людей, так что вскоре мы с вами расстанемся. — Это меня и беспокоит.

Как при объявлении смертного приговора Светлогуб не мог понять всего значения того, что объявлялось ему, так и теперь он не мог обнять всего значения предстоящей минуты и с удивлением смотрел на палача, поспешно, ловко и озабоченно исполняющего свое ужасное дело. Лицо палача было самое обыкновенное лицо русского рабочего человека, не злое, но сосредоточенное, какое бывает у людей, старающихся как можно точнее исполнить нужное и сложное дело. <...> Он подвинулся к виселице и, невольно окинув взглядом ряды солдат и пестрых зрителей, ещё раз подумал: «Зачем, зачем они делают это?» И ему стало жалко и их и себя, и слёзы выступили ему на глаза. — И не жалко тебе меня? — сказал он, уловив взгляд бойких серых глаз палача. Палач на минуту остановился. Лицо его вдруг сделалось злое. — Ну вас! Разговаривать! — пробормотал он и быстро нагнулся к полу, где лежала его поддевка и какое-то полотно, и, ловким движением обеих рук сзади обняв Светлогуба, накинул ему на голову холстинный мешок и поспешно обдёрнул его до половины спины и груди.

— Что вы мне сделаете? А, гномы? — Ну да, что тебе сделает Простак, Ворчун, Молчун и ПАЛАЧУН? [Выходит гном-палач с топором] — Э-э-э, мужики, но в сказке не было никакого Палачуна! — Братан, так в той сказке и принц выжил!

Вежлив бывает и палач.

— Босс, не забудьте. У вас назначена встреча с палачом. Обязательно вернитесь вместе с головой. Нам ведь её рубить. — Попытайся совершить преступление, заслуживающее такого наказания... В каком преступлении будешь виновен? — Отсекание нижнего пучка волос у лорда.