Бернхард Шлинк

Если хочешь двигаться вперед, нужно оставлять прошлое позади. Нельзя вечно тащить за собою старую любовь и старую вражду... Из всего этого вырастаешь, как из старой одежды. Со временем она начинает пахнуть плесенью.

Необычное имеет свойство приводить нас в замешательство, но порой необычное и есть то, что нужно.

У молодых есть чувство, будто всё поправимо — все неудачи, проступки, даже преступления. Если этого чувства нет, а события и поступки оказываются необратимыми, значит мы стареем.

Влюбился ли я в неё за то, что она переспала со мной? До сих пор после ночи, проведенной с женщиной, у меня бывает такое чувство, будто мне сделали подарок, на который я должен чем-то ответить: ответить этой женщине — например, попыткой полюбить её — и всему миру, дары которого я принимаю.

Наверное, так бывает со старыми супругами, подумалось мне: жена продолжает видеть старого мужа таким, каким он был в молодости, и для него она продолжает сохранять прежнюю молодость и привлекательность.

Я вообще-то довольно скептически отношусь к прогрессу и эволюции. Но то, что у людей эротическая коммуникация уже вышла за рамки обнюхивания деревьев и углов, — без сомнения, явный эволюционный прогресс.

...зачем отравлять человеку жизнь вопросами, которые он и сам мог бы себе задать, но не хочет.

Я узнал, что душевное здоровье определяется как способность человека успешно исполнять свою социальную роль. Душевно болен тот, кого мы уже не принимаем всерьез, потому что он не желает исполнять роль или исполняет ее неудовлетворительно. От этого открытия у меня пробежал мороз по коже.

Люди обычно думают, что психиатры всё знают про душу, про психику. Но это совсем не обязательно. Я ведь тоже работаю в банке, а денег у меня нет.

Те, кого приходится так упорно добиваться, — с теми обычно ничего не получается. Сначала это рай на земле, счастье обладания. А потом… Как ей расплачиваться с тобой за все твои страдания? И почему она вообще должна расплачиваться за эти страдания? Она что, просила тебя об этом?

Если тебе не нравится общество, можно стать пасечником в Провансе или пасти овец на Гебридах. Это еще не повод убивать людей.

Вы что, не понимаете? Все именно так, как сказал президент: если им нравится воевать, то с ними никогда не будет мира. Это как с алкоголем. Пока алкоголик еще не скатился на самое дно, так глубоко, что глубже не бывает, он не прекратит пить.

Я хотел проявить себя как в одном, так и в другом: в понимании и в осуждении. Но и то и другое вместе было невозможно.

Полученные в молодости крупные поражения направляют нашу жизнь в новое русло. А мелкие поражения не меняют нас, но продолжают беспокоить, оставаясь занозой в теле. Но вот появляется возможность справиться с поражением, эта возможность выглядит реальной и близкой, но на самом деле оказывается ложной.

... жены друзей не могут быть желанными, они неприкасаемы, флиртовать с ними – это все равно что флиртовать с младшей сестрой или почтенной дамой, такой флирт остается просто игрой, которой не дано обернуться чем-либо серьезным.

...нужны не только большие светила, но и маленькие светильники, чтобы в мире было светло и тепло.

...ребенок не хочет знать о размолвках между родителями.

Уже первый знакомый роднит с городом.

Если тебя никто не понимает, то никто не может и требовать от тебя ответа.

... Бегство это не только удаление от чего-то, но еще и приближение к чему-то.

Мне подумалось, что если время упущено или тебе в чем-то очень долго было отказано, то потом это наступает уже слишком поздно, даже если отвоевано большими усилиями и принесло большую радость. А может, «слишком поздно» вообще не бывает, а бывает только просто «поздно» и, может быть, впрямь «лучше поздно, чем никогда»? Не знаю.

Если правда того, что говорится, состоит в том, что делается, тогда разговоры и вовсе не нужны.

Когда стал кашлять, то решил, что виной тому австрийские сигареты. Потом начался сильный жар, мне он даже нравился. Я чувствовал слабость и одновременно необычайную легкость, все ощущения были приятно приглушены, я был как бы окутан ватой. Я словно парил над землей.