Девятнадцать минут

Говорят, что в молодости все ошибаются. Но я не думаю, что мы совершаем меньше ошибок, повзрослев.

Оружие на самом деле ничто без человека, держащего его.

Обещания, данные друзьям, не нарушают.

— Вы никогда не планировали, как Питер, пробраться в школу и убить людей, которые больше всех обижали вас, правда, Дерек? — Нет, но я иногда об этом жалею.

Добро пожаловать в клуб, в который никто не хочет вступать. У тебя пожизненное членство.

Ты можешь повторить это миллион раз, но от этого твои слова не станут правдой.

Он был ей не роднее, чем парень на заправке или любой другой незнакомец. Можно иметь с человеком одну ДНК — и не иметь ничего общего.

Разве вы еще не поняли, что дружба со мной не приводит ни к чему хорошему?

Смерть тех, кого мы любим, может потрясти нас до глубины души. А когда этот человек так молод, так полон сил и стремлений, чувство горечи и утраты становится невыносимым.

Ты слишком хорошо выглядишь для человека, который смертельно устал.

Она не знала, что жизнь в первую очередь покидают легкие и в последнюю очередь — глаза.

Если отдаешь кому-то свое сердце и этот человек умирает, забирает ли он его с собой?

Они обе знали, что она говорит неправду.

Когда ты любишь кого-то, не хочется быть тем, кто произнесет слова, которые разрушат его мир.

Это ты виновата, ты же знаешь, я бы не вел себя как дурак, если бы не любил тебя так сильно.

Это и есть любовь: ты пожираешь глазами, упиваешься этим зрелищем, поглощаешь его целиком. Ты живёшь этой любовью, умираешь от неё, она у тебя в крови.

— Можно задать вам личный вопрос? — Конечно. — Почему людям так легко показать пальцем на кого-то другого? — Людям нужен козел отпущения, — сказал он. — Это человеческая природа.

— Ты можешь обмануть папу, полицейских, любого, кто согласится тебя выслушать, — сказал он. — Но ты не сможешь обмануть того, кто сам врет.

Алекс потратила достаточно ночей на размышления о везении и невезении, о том, насколько тонка грань между ними, и том, как незаметно можно перемещаться то на одну сторону, то на другую.

Материнство окрасило мир Лейси в более яркие цвета, принесло веру в то, что ее жизнь уже не может быть полнее. Она только не понимала: то, что ты видишь, может ранить. Что только ощутив такую полноту, можно понять боль от пустоты.

Ему нравилось осознавать: то, что обычный человек может выбросить, как мусор, на самом деле оказывается прекрасным и живым, если знать, как смотреть.

Я как Алиса в Стране чудес, — подумала Джози. — Смотрите, как я падаю.

Если ты затерялся в открытом море с тысячей других людей, можно ли считать, что ты заблудился?

Тому, кто был счастлив, понадобится совсем немного надежды взамен. И наоборот, оптимист потому и оптимист, что хочет верить во что-то лучшее, чем реальность.