Филис Каст | 39 цитат

— Э? — глубокомысленно изрекла я. Да уж, я умею производить впечатление умной и начитанной девушки!

Я рассмеялась, и это оказалось тоже очень прикольно! Клянусь, я своими глазами увидела, как мой смех поплыл по воздуху, словно пух одуванчика, только он был не белый, а морозно-голубой, как глазурь на именинном торте. Нехило, да? Вот уж не думала, что пробить голову и вырубиться будет так круто!

Жизнь очень непростая штука. Зачастую то, что приносит самую большую честь, оборачивается самыми большими проблемами.

Лучшая часть красоты — та, которую нельзя выразить в портрете.

... Прошлое — это такое поле битвы, на котором каждый сражается в одиночку.

Моя мама выращивает розы, и она всегда безжалостно подрезает их, а мне раньше было очень жалко цветы, и казалось, что она делает им больно, а может, даже убивает. Однажды я спросила ее об этом, а мама сказала, что порой нужно отрезать старое, чтобы дать место новому

Не ошибается тот, кто ничего не делает. Жизнь — череда сплошных ошибок. Но знаешь, что я тебе скажу, подружка? Будь мы безупречны, жить было бы намного скучнее!

Меня просто смешит, что ты никогда не ругаешься. От тебя не убудет, если скажешь крепкое словечко. Честное слово, потеря словарной невинности еще не означает утрачу девичьей чести!

— О, чёрт! Ты ведь не намылилась снова умереть, правда? Не смей, слышишь? Это было бы ужасно некрасиво с твоей стороны!

— Неоплаченный долг за спасение жизни — слишком опасная вещь, чтобы забыть о ней.

Как когда-то мудро сказал мой любимый препод в колледже: «Не вздумайте задирать тех, кто выбрал литературу своей профессией. Они хранят в своих головах много бесполезного дерьма и время от времени позволяют себе что-то выудить из него, чтобы припечатать вас как следует».

— А помнишь, как мы с тобой думали, что ничего не может быть хуже дерьмового дня рождения? В ответ на это Нала прицельно чихнула мне прямо в лицо, и я со смехом и громким «фу!» влетела в комнату и бросилась к тумбочке за салфетками. Как всегда Нала коротко и ясно подвела итог моей непутёвой жизни: немного забавно, немного противно, а главное — по уши в соплях.

Девичья честь принесена в жертву богу лжи и гормонов.

Но поймите и меня тоже, я уже больше не могла делать счастливое лицо, улыбаться и притворяться, будто все нормально, когда меня просто колотило изнутри.

Не уродина, а просто расстроенная и уставшая богиня.

Он открыл глаза: — Тогда скажи, что мне сделать, моя королева. И я это сделаю. Я проигнорировала такую фигню, как «моя королева». Я имею в виду, я слышала, как он обращался таким образом ко мне и раньше когда противостоял Калоне. Я слегка задумалась, было ли это до или после того, как Калона начал бить его по голове, а потом я сосредоточилась...

«Я считаю все эти штучки Шотландского клана, классными», — сказал Джек. «Ещё бы ты так не считал,» — сказала Афродиты. «Парни в юбках твоя заветная мечта». «Килт, не юбка,» сказал Старк. «Или плед. А если говорить о действительно старинных, то их называли пиламор». Афродита подняла светлую бровь глядя на него. «И ты знаешь это, потому что тебе нравится носить его?» Он пожал плечами. «Мне нет, но мой дедушка носил».

«И что же тогда в твоем понимании «классно»?», — спросил Джек, тем самым заставив Шони и Ерин простонать. «Хорошо, раз уж ты спросил — я скажу тебе, было бы здорово, если бы сделали куклу барби Барбары Стрейзенд, но её ногти и нос продавались бы отдельно. А для её накладных ногтей было бы множество всевозможных цветов». Все потрясённо молчали, а затем Джек благоговейно, прошептал: «Это было бы круто». Афродита выглядела самодовольной. «А как насчёт лысой куклы Бритни Спирс, у которой были отдельно оплачиваемые предметы, такие как костюм толстухи в виде ширмы, странные парики, и, конечно же, дополнительные трусики». «Иу,» сказал Джек, затем захихикав. «Да, а у куклы Перис Хилтон тогда в аксессуарах — дополнительно могз». Афродита подняла брови глядя на него. «Не сходи с ума. Есть вещи, которые даже Пэрис Хилтон не может купить».

На листке он нарисовал, большой раскрытый зонт. С одной стороны зонта он написал «СВЕТ», а на другой «ТЬМА». «Зонт Света и Тьмы, неплохо придумано», — сказал Танатос. «Это означает, что эти силы всеохватывающие». «Это была моя идея», — сказал краснея Джек. Демьен улыбнулся ему. «Ты умница». Затем он указал на колонку, под Светом. «Так под Силой Света, я перечислил добро: хороший чёрный бык, Никс, Зои и нас». Он сделал паузу и все согласно кивнули. «А под Тьмой — зло: плохой белый бык, Неферет/Тси-Сгили, Калона и Черный, как Вороново Крыло Пересмешник». «Я смотрю, что Сгичь у Тебя помещен в середину», — заметил Танатос. «Ага, наряду, вместе с луковыми колечками, Хозяйкой Дин Дон и моим именем», — сказала Афродита. «Только, что чёрт возьми, всё это значит?» «Ну, думаю, что мы ещё не решили, куда приписать Сгичь: к Силе Света или Тьмы», — пояснил Демьен. «Я добавил луковые колечки и Дин Дон», — сказал Джек. Когда все на него уставились, он пожал плечами и пояснил: «Луковые кольца обжариваются во фритюре и едятся, но лук — овощ. Так он для нас не особо вкусный? Наверно? А, ну, Дин Дон, это шоколадка такая, у неё начинка сливочная. А что, молочное не полезно?» «Я думаю, что Ты, больной наголову», — сказала Афродита.

«Куда мы идём?», — снова спросил Старк. «Ну, ладно, это место похоже на подземелье. Пахнущее плесенью, со строгими порядками, и со своеобразной странной, в чём-то фантастической обстановкой, которая подойдет и для тюрьмы и для больницы для психбольных, это место заставляет Демьяна считать, что он умер и попал на грёбаные небеса. Так, что догадайся сам». «Мы возвращаемся в человеческую, среднюю школу?» «Близко», — сказала она, её губы, приподнялись в намёке на улыбку. «Мы идём в очень старую библиотеку, в которой отчаянно рыщет «стадо кретов». Старк громко выдохнул пытаясь не рассмеяться. Иногда Афродита ему даже нравилась — но он никогда бы не признался в этом.