Кадзуо Исигуро

Примечательно, что лица, высказывающиеся в этом скептическом духе, неизменно оказываются самыми заурядными в профессиональном отношении; это те, кто понимает: им самим не дано дослужиться до видного положения, и поэтому они стремятся низвести других до своего уровня.

Я хотела бы получить от тебя прощение, но не рассчитываю на него. В любом случае это ещё далеко не всё, это только малая часть. Главное — что я помешала вам с Томми быть вместе.  — Её голос снова превратился чуть ли не в шёпот.  — Это было самое плохое, что я сделала.

...я никак не могу рассчитывать, что ты меня простишь. Я даже думаю, что тебе не надо этого делать. Но всё равно я прошу у тебя прощения.

Ты действительно очень хорошая. И мне подходила бы на все сто, если бы ты не была ты.

Демократия была хороша для ушедшей эпохи. А теперь мир слишком сложен, чтобы в нем оставалось место для всеобщего избирательного права и тому подобных вещей.

По самой своей природе остроумный ответ не оставляет времени продумать все многообразие возможных последствий – с ним не приходится медлить, и человек, не имеющий в этом отношении нужных навыков и опыта, серьезно рискует ляпнуть что нибудь несусветное.

Если художник отказывается жертвовать качеством во имя скорости, то именно за это его нам всем и следует уважать.

Демократия – это прекрасно, и все же она отнюдь не означает, что наши граждане имеют право бунтовать, как только они с чем-то не согласны.

Влиятельность и общественный статус человека могут возрасти совершенно незаметно для него самого, если он усердно трудится, ставя себе целью не повышение этого самого статуса, а то удовлетворение, которое получаешь, выполняя работу на максимально высоком уровне.

В молодости многое кажется скучным и безжизненным. Но потом, становясь старше, вдруг обнаруживаешь, что именно эти вещи и являются для тебя самыми важными.

...время от времени бывают минуты – минуты крайнего одиночества, – когда думаешь: «Господи, что же это я сделала с моей жизнью». И приходят мысли о том, что ведь могла бы быть и другая жизнь, посчастливее.

Если б я считал, что в ваших словах есть хоть крупица здравого смысла, может я еще и поспорил бы на эту тему. А так я, пожалуй, буду думать себе о чем-нибудь постороннем, пока вы не кончите болтать чепуху.

... достоинство – качество, каковым человек либо наделен, либо не наделен от природы, а стало быть, если оно не проявилось в человеке со всей очевидностью, стремиться к нему так же тщетно, как дурнушке пытаться выбиться в красавицы.

Я видела стремительно возникающий новый мир. Да, более технологичный, да, более эффективный. Новые способы лечения старых болезней. Очень хорошо. Но мир при этом жесткий, безжалостный. И я видела девочку с зажмуренными глазами, прижимавшую к груди старый мир, более добрый, о котором она знала в глубине сердца, что он не может остаться, и она держала его, держала и просила не отпускать ее.

Воспоминания, которые я ценю больше всего, остаются такими же яркими, какими были.

Когда у меня настанет более тихая жизнь в том центре, куда меня пошлют, Хейлшем будет там со мной, надежно спрятанный у меня в голове, и отнять его у меня никто не сможет.

... Когда попадается такой павильон, я смотрю на него и смотрю, пока можно, и однажды, наверно, дело кончится автокатастрофой — но всё равно смотрю. Недавно дорога шла по пустой местности в Вустершире, и у крикетного поля стоял павильон, который был так похож на наш, что я развернулась и проехала немного назад, чтобы посмотреть ещё раз.

Я давно высоко ставлю кулинарию. Это настоящее искусство, я в этом убежден, — столь же благородное, как живопись или поэзия. Его недостаточно ценят просто потому, что результат исчезает слишком быстро.

Опыт... научил меня не следовать слепо за толпой и всегда тщательно обдумывать, а правильным ли является то направление, куда меня толкают.

Не так уж это позорно, если свои ошибки ты совершил, свято во что-то веруя.

Тот, кто стремится подняться над повседневностью, вырваться за рамки посредственности, безусловно заслуживает восхищения, даже если в итоге и потерпит крах из-за своих честолюбивых планов.

Даже если на своих учителей полагается смотреть снизу вверх, все же не менее важно научиться подвергать их авторитет сомнению.

Не забывайте: вам было лучше, чем многим до вас. И кто знает, что ожидает тех, кто придет после вас.

Если у вас создалось впечатление, будто в свои годы вы уже добились совершенства, вам никогда не подняться на ту высоту, какой вы, несомненно, способны достигнуть.

Негоже злобствовать на противника после того, как конфликт исчерпан.