Михаил Ланцов

Полагаю, что вы слышали, что слишком много лекарства вполне может стать ядом. Так что лечить можно по-разному, — усмехнулась Василиса. — Иных уж нет, других долечим.

На таких, как говорится, людях, земля держится, когда они в неё зарыты.

Если самому себе не ставить сложных задач с приятной наградой за успех, ничему толком не научишься.

А немец бардака не любит. Это для нас он вынужденная среда обитания, а для него – чужеродная стихия.

Всё ядро нашей либеральной оппозиции — люди хорошие, но бестолковые чуть более чем полностью. У них просто нету подходящего опыта и знаний. Навыков нужных нет. Кто-то из них замечен в эффективном управлении крупным бизнесом? Или, может быть, был министром и смог достигнуть по-настоящему выдающихся результатов? Нет. Это совершенно неквалифицированные администраторы. Прямо-таки разнорабочие от политики. Но поболтать они горазды. Особенно любят популизм, не понимая, что это верная могила.

Любой лидер-популист сейчас срывает народные овации и любовь. Не обязательно даже выполнять обещания. Достаточно просто болтать про светлое будущее. Достаточно просто вас покритиковать. Глупо и безответственно. Но кто из них об этом думает? Или вы считаете, отчего вся эта либеральная шушера так популярна? Они героические борцы с тираном. Тихим и безответным. Потому что, если бы вы оказались настоящим тираном – они бы следили за языком, опасаясь быстрой и жесткой расправы.

Такого пронзительного взгляда он никогда в своей жизни не видел. Даже в очереди в туалет.

Как говорят японцы, самурай без меча подобен самураю с мечом, но только без меча. <...> Меч самурая не в его руке, а в душе. А та бренная железка, что он удерживает кистью, — лишь жалкий призрак настоящего оружия. Поэтому настоящего воина можно раздеть донага, отняв все. Но и в таком виде он будет смертельно опасен. Ибо сам по себе оружие.

Война — это место, где пирует смерть. И, как любая баба, она не любит, когда от неё нос воротят.

Если командир теряет веру в свою победу, то и воевать не стоит. А потому, какой бы безнадежной ни была ситуация – встречай ее с улыбкой. Конечно, кто-то подумает, что ты тронулся умом, но иные, видя твое спокойное, благодушное настроение, заразятся уверенностью и станут сражаться, не оглядываясь постоянно и не думая об отступлении.

— Ну и аппетиты у тебя,  — покачав головой, отметил курфюрст. — Мне врач прописал больше кушать, говорит, что я очень худенький...

За десять лет дурости несложно развалить и вековые стены.

У наших замечательных чиновников аппетит столь силен, что здравый смысл не может его контролировать. Быстрее, больше и вкуснее.

Разбой, работорговля и вымогательство — традиционные источники первоначальных капиталов.

– У вас такой интересный характер, – едко заметила Мария, – как же вы умудряетесь договариваться со своими соседями и аристократией? – Мой секрет прост: добрым словом и крепким кулаком всегда легче доводить важные слова до разума, нежели просто добрым словом. – А людям нравится? – А их кто-то спрашивает? Дай им волю – камня на камне не оставят. Безответственность развращает человека. А постоянное ощущение тёплых мужских рук на шее сильно стимулирует голову к продуктивной мыслительной деятельности. Понимаешь? Какие бы порядки ни вводили, они всегда будут работать только при условии, что за проступок будет неотвратимое и вполне адекватное наказание. А самой понятной и однозначной карой для большинства людей являются личные физические страдания и смерть. Это то наказание, которое уравнивает всех перед лицом единого порядка.

Жизнь не бьет только тех, кто уже мертвый.

Он вновь чувствовал вкус жизни… Ее пьянящий вкус, поразительно напоминающий кровь. Его ждал новый мир и новые сражения. А в душе, в шквальных порывах ветра развивалось потрепанное в боях полотнище, несущее на себе изображение его души… Души Эквайона.

Если человека долго называть свиньей, то рано или поздно он захрюкает.

«Человек может бесконечно смотреть на три вещи: горящее пламя, текущую воду и то, как другие работают». Говорят, что последний элемент этой поговорки – обычная шутка, однако это не совсем так. Действительно, можно очень долго наблюдать за тем, как работают другие, но не абы кто, а мастера, профессионалы. Причем их профессия не важна. Дело в том, что со стороны кажется, будто мастер ленится, а быстрый и качественный результат получает словно по мановению волшебной палочки. Этакие сонные волшебники. И лишь приглядевшись, человек начинает осознавать, что дело не в лени, а в том, что их движения экономичны, точны, плавны и выверены. Ни одного лишнего взмаха. Ни одного лишнего поворота. Их работа сродни искусству, наблюдение за которым дает обретение покоя и гармонии, то есть позволяет осуществить мощную психологическую разрядку.

Кто не рискует, тот не пьет шампанского, но и не заедает горе луком.

...идеальное общество можно построить только при одном условии — наличии идеальных людей.

Революция ведь красива и желанна только тогда, когда ты на пьяной вечеринке скандируешь глупые лозунги, а не когда по тебе ведут огонь на поражение серьезные ребята.

Что-то не так, — думал колобок, доедая лису.

— Вы так говорите, будто уже что-то задумали. — Ваша проницательность поразительна, — Саша вежливо склонил голову, — да, я уже знаю, что я должен делать. Мне нужно незамедлительно выезжать в Варшаву. — Но Варшава охвачена волнениями! — Тем хуже для волнений, — сказал Александр и так улыбнулся, смотря куда-то вдаль, что королева вздрогнула.

Дипломатия — это искусство так нагадить кому-нибудь в душу, чтобы у того остался легкий привкус лесных ягод.