Ричард Бах

— Что ты чувствуешь, как он? — Да с парнем, в общем, все нормально. Он только не уверен в завтрашнем дне, и это выбило его из колеи. — И как ему там, ты чувствуешь? — Все у него будет нормально. Он будет хорошо учиться в школе, впереди его ждет великолепное время, когда он у знает так много интересного: аэропланы, астрономия, ракеты; он научится ходить под парусами, нырять... Она дотронулась до моей руки: — Ты чувствуешь, каково ему? — Да у меня сердце разрывается! Я молю Бога, я так хочу вывести его оттуда и прижать к себе, и сказать ему: не плачь, ты в безопасности, ты не умрешь!

Мне хотелось сказать ему: не давай спуску своим страхам, вызови их на открытый бой, пусть покажутся, и, если покажутся, — раздави их. Если ты не сделаешь этого, то твои страхи будут плодить новые страхи, они разрастутся плесенью вокруг тебя и заглушат дорогу, по которой ты хочешь идти. Твой страх перед новым поворотом в жизни — это всего лишь пустота, одетая так, чтобы показаться вратами ада.

Он был одинок. Он не волновался — он был в ужасе.

Мы все ангелы-учителя друг для друга, мы все чему-то учимся, когда напрягаем свой мозг и вспоминаем что-то важное, давно забытое.

Похожи ли ваши уроки на мои? Кто я — ангел с опаленными крыльями, несущийся по той же трассе, что и вы, или один из тех странных субъектов, которые, невнятно бормоча, пристают к вам на улице? Некоторых ответов мне никогда не узнать.

— Эх, Ричард, — сказал он, — неужели обещание ребенку ничего не значит для тебя? — Нет — если выполнение этого обещания разорвет его сердце! Ему совсем не нужно знать, что впереди будут бури, из которых он один выберется живым, один из всей семьи! Ему совсем не нужно знать о разводе и предательстве, о банкротстве, о том, что еще тридцать пять лет он будет искать и не сможет найти женщину своего сердца. Шепард, один год — это уже вечность для девятилетнего мальчика. Ты прав, это обещание ничего не значит!

Цель жизни – поиск совершенства, задача каждого из нас – максимально приблизить его проявление в самом себе, в собственном состоянии и образе действия. Закон на всех уровнях бытия – один и тот же: свой следующий мир мы выбираем посредством знания, обретённого здесь. И если мы здесь предпочли невежество, и наше знание осталось прежним, — следующий наш мир ничем не будет отличаться от предыдущего. Совершенство же не может иметь пределов. Совершенная скорость – это когда ты просто оказываешься там, куда собираешься направиться.

Он стоял на песке и думал: что если там, на Земле, есть чайка, которая пытается вырваться из оков своего естества, пытается понять, что могут дать крылья, кроме возможности долететь до рыболовного судна и схватить корку хлеба...

Мы пролетаем из одного мира в другой, почти такой же, тут же забывая, откуда мы пришли, и не беспокоясь о том, куда идем. Мы просто живем текущим мгновением.

Не верь глазам своим! Они видят только преграды. Смотреть — значит понимать, осознай то, что уже знаешь, и ты научишься летать.

Всё ваше тело от кончика одного крыла до кончика другого — это не что иное, как ваша мысль, выраженная в форме, доступной вашему зрению. Разбейте цепи, сковывающие вашу мысль, и вы разобьёте цепи, сковывающие ваше тело...

Небеса — это не место и не время. Небеса — это достижение совершенства.

Когда мы сильно привязываемся к вещам и к людям, то разве не уходит вместе с ними какая-то частица нас, когда уходят они?

Ошибок не бывает. События, которые вторгаются в нашу жизнь, какими бы неприятными для нас они ни были, необходимы для того, чтобы мы научились тому, чему должны научиться.

Мир этот в действительности даже отдаленно не напоминает то, чем он кажется; все, скрытое, в наших мыслях, осуществляется в нашей жизни; чудеса на самом деле вовсе не чудо.

Важно не то, проигрываем ли мы в игре, важно, как мы проигрываем и как мы благодаря этому изменимся, что нового вынесем для себя, как сможем применить это в других играх. Странным образом поражение оборачивается победой.

Если тебе когда-нибудь захочется найти такого человека, который сможет одолеть любую, даже самую тяжелую беду и сделать тебя счастливым, когда этого не может больше никто: ты просто посмотри в зеркало и скажи: «Привет!»

Вот тест, чтобы понять, закончена ли твоя миссия на Земле. Если ты жив — то нет. (Очень легко проверить, окончена ли твоя миссия на Земле: Если ты жив — она продолжается.)

Не существует такой проблемы, в которой не было бы бесценного дара для тебя. Ты создаёшь себе проблемы, потому что эти дары тебе крайне необходимы.

Не отворачивайся от возможного будущего, пока ты не уверен, что там нет ничего, чему бы ты смог научиться. Ты всегда волен передумать и выбрать себе какое-нибудь другое будущее или какое-нибудь другое прошлое.

Лучший способ избежать ответственности — это сказать: «Я за это отвечаю».

Живи так, чтобы никогда не было стыдно, если что-то, что ты делаешь или говоришь, станет известно всему свету, — даже если то, что станет известно, будет неправдой.

Учение — это лишь открытие того, что ты уже давно знаешь. Совершение поступков — это демонстрация того, что ты действительно знаешь это. Обучение — это напоминание другим, что они знают всё так же хорошо, как и ты. Все мы учащиеся — исполнители, учителя, обучающиеся. Твоя единственная обязанность в любое жизневремя — быть верным самому себе. Быть верным по отношению к кому бы или чему бы то ни было — не только невозможно, но и отличительный признак лжемесии... Самые простые вопросы — самые сложные на самом деле. Где ты родился? Где твой дом? Что ты делаешь? Куда ты идёшь? Думай об этом изредка и понаблюдай за тем, как твои ответы будут изменяться... Ты лучше всего учишься тому, чему тебе больше всего нужно научиться самому.

Вспомни, откуда ты пришёл и куда ты идёшь, и прежде всего подумай о том, почему ты создал беспорядок, в который сам попал.

Перспектива — пользуйся ею или отвернись от неё. Если ты обращаешься к этой странице, значит, ты забываешь, что происходящее вокруг не есть реальность. Подумай об этом.