Кристина

Как будто чей-то холодный палец прикоснулся к его сердцу.

Запах гнили и разложения, мощный и тошнотворный. Безумный страх охватил всё её существо, и она подумала: «Так пахнет её ярость...».

Рано или поздно все мы получаем ответы на самые важные вопросы.

Да, в семнадцать лет я действительно так думал. Мне предстояло поступать в университет, я не верил в проклятия и чувства, которые остаются и пропитывают собой всё вокруг подобно ядерной приправе. Я не верил, что призраки прошлого могут тянуть к нам, живым, свои покойницкие лапы. Но мне уже давно не семнадцать.

Порой людей сложно в чём-то убедить... Они должны убедиться сами.

Только не думай, что её любовь благотворно влияла на Ролли — это всё романтическая чушь. Вода, может, и точит камень, но на это уходят сотни лет. А люди столько не живут.

Если машина не заводится, обругай её... и обязательно как бабу.

Уроды по-другому смотрят на мир. Нам сложнее шутить, сложнее даже просто оставаться в своём уме.

Сейчас многие вопят о наркомании в школе, и для этих воплей на самом деле есть все основания, но я до сих пор считаю, что алкоголь – вот наиболее вульгарный и опасный из всех когда-либо изобретённых наркотиков. И он не запрещён законом.

Люди потому боятся взрослеть, что не хотят расставаться с маской, к которой они привыкли, и примерять другую.

Это поблизости, неподалеку. Может быть, сзади, а может быть, сбоку. Чувствую кожей, оно где-то рядом, И замираю с невидящим взглядом. Но различит даже дурень кривой, Что-то плохое случится со мной.

Люди потому боятся взрослеть, что не хотят расставаться с маской, к которой они привыкли, и примерять другую. Если быть ребёнком — значит учиться жить, то становиться взрослым — значит учиться умирать.

Алкоголь — вот наиболее вульгарный и опасный из всех когда-либо изобретенных наркотиков.

В книгах, я давно обратил внимание на это, писатели всегда изображают своих героинь с каким-нибудь пусть небольшими, но недостатками; может быть, они думают, что настоящая красота является стереотипом, или им кажется, что тот или иной маленький порок делает леди более реалистичной. Дескать, она была бы красавицей, если бы не слишком длинная нижняя губа, или не слишком острый нос, или, допустим, плоскогрудие. Что-нибудь такое всегда есть.

Я не верю в проклятия. Так же, как и в привидения или в посланцев иного мира. Но я верю, что события и чувства способны передаваться друг другу... как молоко в открытой коробке перенимает запахи специй и фруктов, если его на некоторый срок оставить в холодильнике.

— Любовь — это старая ослепшая ведьма. Она беспощадна и ненасытна. — Чем же она питается? — спросил я, не зная, что сказать. — Дружбой, — сказал Георг ЛеБей. — Она питается дружбой.

Ты не поймёшь, что такое страх, пока твой ребёнок не закричит в темноте.

Если вас, ребята, кто-нибудь спросит, что неладно в этом мире, то смело называйте три вещи: врачи, начальство и чёрные радикалы.

Я отогнал «дастер» немного назад. Она понаблюдала за мной, а потом заковыляла обратно к дому, откуда ей навстречу выбежали маленькие мальчик и девочка. Они тоже были на удивление пухлыми. В руках они держали по плитке шоколада. — Фто, фвучиась, ма? — спросил мальчик, — Фто это за мафына, ма? Фто фвучиась? — Заткнись, — проговорила толстуха и потащила детей обратно в дом. Мне нравится смотреть на таких просвещенных родителей: это дает мне надежду на будущее.

Он привык к ее странному присутствию в своей жизни. И не друг, и не злейший враг — никто.

В дождливые дни, до той поры, когда я первый раз влюбился, мои мысли прежде всего обращались к Эрни, потому что он знал, как извлечь толк из дождливых дней. Может быть, это один из способов узнать по-настоящему одиноких людей.., они всегда могут придумать, чем заняться в дождливые дни. И вы всегда можете позвать их. Они всегда дома. Всегда.

Я думаю, у каждого или у каждой есть что-то вроде навозной лопаты, которой в моменты стрессов и неприятностей вы начинаете копаться в себе, в своих мыслях и чувствах. Избавьтесь от нее. Сожгите ее. Иначе вырытая вами яма достигнет глубин подсознания, и тогда по ночам из нее будут выходить мертвецы.

Иногда люди должны на собственном опыте убедиться, что совершили ошибку. К сожалению, невозможно совершать ошибки других людей вместо их самих.

Я думаю, что быть родителем — это отчасти стараться убить своего ребёнка.

Родители — это всего лишь переросшие дети, и только собственный ребенок может вытащить их из младенчества.