Мешок с костями

Нельзя осуждать человека только за то, что может оказаться плодом твоего воображения.

Я думаю для мужчин любовь — это вожделение и восторг; смешанные в равных долях. Восторг часть женщин понимает. Насчёт вожделения... им кажется, что понимают.

Потому что мой отец не лгал. Его религия этого не допускала. — Баптист? — Нет, сэр, янки.

Я одновременно испытывал и одиночество, и удовлетворённость. Такое сочетания надо полагать за счастье.

Не стоит осуждать человека за то, что может оказаться плодом твоего воображения.

Горе, как пьяный гость, всегда возвращается для прощальных объятий.

Лэнс, бывало, говорил, что его отец из тех, кто покажет кусок мяса умирающей от голода собаке, а затем съест его сам.

Мне всегда любопытно, что читают люди. По книгам о них можно узнать не меньше, чем по содержимому домашней аптечки. Только рыться в лекарствах хозяина всегда считалось дурным тоном.

Богатство, что шкала Рихтера. Как только ты минуешь некую точку, происходит переход на новый качественный уровень, отличающийся от предыдущего как минимум на порядок.

Мне много чего чудится, тут уж ничего не поделаешь. Напишите с мое, и вам тоже каждая тень на полу покажется следом, а каждая линия, замеченная в пыли, — тайным посланием.

Юмор — почти всегда замаскированная злость, подумал я, но в маленьких городах к маскировке относятся спустя рукава.

Что, если смерть ведет нас к безумию? Пусть нам удается выжить, но она ведет нас к безумию? Что тогда?

С моей точки зрения — признаю, очень субъективной, — среди творческих личностей удачливые романисты (пусть даже относительно удачливые) занимают самую выгодную позицию. ... у романистов более длительный период продуктивной работы, возможно, потому, что читатели чуть умнее поклонников других видов искусства, где обходятся без печатного слова.

Безумие — это дорога с односторонним движением, причем, в отличие от автострады, съездов на ней нет.

В доме, особенно в старом доме, прошлое ближе.

Страх, как и боль, со временем забываются.

Возможно, во сне все – писатели.

Ночью у мыслей есть особенность срываться с поводка и гулять на свободе.

Если ты спасаешь чью-то жизнь, то берешь на себя ответственность за этого человека.

... ткань реальности очень тонка... совсем как лед на озере после оттепели, и мы сознательно наполняем нашу жизнь шумом, светом, движением, чтобы скрыть от себя эту особенность окружающего нас мира.