Долорес Клейборн

Я вырыл колодец для врагов своих, но сам упал в него.

То, что я чувствовала, было бешеной злобой. <...> Это как любовь, только со знаком минус.

...если уж что-то должно быть сделано, то делать это нужно хорошо.

...жизнь человеческая почти вся состоит из того, чтоб делать выбор да уплачивать по счетам. Выбор иногда бывает поганей некуда, но это еще не дает человеку права увиливать — особенно когда надо для других сделать то, чего сами они сделать не могут. Ну тогда делаешь выбор получше, насколько можно, а потом платишь цену.

В те дни я ещё верила в то, что любовь женщины к мужчине и мужчины к женщине сильнее, чем пристрастие к выпивке или картам,  — такая любовь, считала я, обязательно поднимается ввысь, как сливки в кувшине с молоком. Но за последующие десять лет я многое поняла. Жизнь  — отличный учитель.

Всё, что видел этот глаз, было отвратительным, и тогда я поняла, что, выходя за Джо замуж, я не просто совершила самую огромную ошибку в своей жизни; это была единственная ошибка, по-настоящему имеющая значение, потому что не только мне одной приходилось расплачиваться за неё.

Это было всё равно что заблудиться в волшебном лесу, когда, оглянувшись назад, вдруг замечаешь, что тропинка исчезает.

Одно скажу: нет такого способа, чтоб подготовиться к тому, что у тебя сердце разорвётся. И выхода нет — только вперед идти да надеяться, что всё-таки без этого как-нибудь обойдется.

...а знаете, что говорят умные люди: обманешь меня однажды  — позор тебе, обманешь меня дважды  — позор мне.

Иногда, что бы женщина ни сказала мужчине, все будет расценено неправильно.

Я всегда замечала, что у девочки, когда она влюбляется в мальчика, глаза сияют так, будто за ними фонарик включили.

Думается, у меня есть право верить в то, во что я хочу верить.

Странно, как люди вроде бы всё видят, а причину толкуют прямо наоборот. Только как же иначе, если не забывать, что обычно брак снаружи и брак изнутри не очень-то похожи.

Но люди-то не лошади, а семейная жизнь — не фургон, который тянут в упряжке, пусть снаружи так иной раз кажется.

Но послушайте меня, вы трое, выслушайте хоть это, если вы так ничего и не поняли: всё, что я сделала, я сделала ради любви… из-за естественной материнской любви к своим детям. Это самая сильная любовь в этом мире, и самая смертельная. Нет на земле человека сильнее и страшнее, чем мать, которая боится за своих детей.

Дело в том, что иногда мы должны быть жестокими, чтобы быть добрыми.

В девяти случаях из десяти все, что после заката надумаешь, утром заново передумывать придется.

– Несчастный случай, – говорит она четко, будто учительница, – иногда бывает лучшим другом несчастной женщины.

Глупые причины рождают глупые браки.

Никакая сила ни на земле, ни на небесах, не запретит людям предполагать самое ужасное, если им это нравится.

Иногда приходится быть высокомерной стервой, чтобы выжить. Иногда женщина только тем и держится, что она стерва.

Я вам вот что скажу: место, где человек с добрым сердцем может быть блюстителем закона, это место, где не так уж плохо жизнь прожить. И даже очень.

... все мосты между тем временем и этим теперь сожжены. Время ведь тоже пролив, знаете ли, как тот, который разделяет острова и материк, но пересечь его может только один паром — память, а она вроде корабля-призрака — если очень пожелать, чтобы он исчез, так он исчезнет.

Человек не властен над тем, что он чувствует и думает, Бог это знает.