Правда

...порой стекляшки сверкают куда ярче бриллиантов, ведь им как-то надо доказывать своё право на существование.

В мире есть два типа людей. Одни, увидев заполненный наполовину стакан, говорят: он наполовину полон. Другие говорят: он наполовину пуст. Но на самом деле, мир принадлежит тем, кто, взглянув на стакан, заявляет: «А что это тут? Извините? Извините? Это мой стакан? Я так не думаю. Мой стакан был полон до краев! И он был гораздо больше!»

В мире гораздо больше бедных, чем богатых, и с них куда проще получить деньги.

Обычным оружием убивают только однажды, а словом убивают снова и снова.

То, что интересует общество, не всегда в интересах общества.

Быть хронически честным – все равно что участвовать в велосипедной гонке в кальсонах из наждачной бумаги.

Сахарисса выглядела слегка разочарованной. Она долгое время была респектабельной молодой женщиной. Для некоторых людей это означает, что в них просто накапливаются большие запасы нереспектабельности, только и ждущие повода вырваться наружу.

— Готов ли ты принять будущее в свои объятия? — Не знаю точно, милорд. А какая форма одежды для этого требуется?

— На доллар в день мы будем жить как короли. — Хочешь сказать, нам отрубят головы? — Нет, я... — Кто-нибудь взберется по сортирному отводу с раскаленной докрасна качергой и... — Нет! Я имел в виду... — Нас утопят в бочке с вином? — Нет, я сказал «жить», а не «умирать» как короли. — Кроме того, ты из любой бочки с вином выпьешься наружу...

Пока правда надевает башмаки, ложь успевает весь мир обежать.

Иногда стекло вынуждено блестеть ярче бриллианта, потому что больше нуждается в самоутверждении.

— Ты уверен, что все это правда? — Я уверен, что все это журналистика.

Его писанина была чем-то похожа на поганые сосиски, которыми он торговал: ты знаешь, что они то самое, чем кажутся на первый взгляд, и тем не менее доедаешь до конца, а потом еще и возвращаешься за добавкой.

Кстати, тот некролог показался мне несколько странным. Обычно в некрологах описывается путь человека до смерти, а не после.

Просто поразительно, почему что-то всегда тащат, а оно кричит и отбивается. Похоже, никто и никогда не пытался, например, просто взять его деликатно за руку и отвести куда нужно.

Он всегда говорил правду, просто правда и точность иногда не одно и то же.

Хаклстоунские учителя искренне верили, что достаточным количество энергичности можно заменить менее важные слагаемые успеха, как то: ум, предвидение, тренировки.

Жители Анк-Морпорка рассматривали правописание как некий необязательный бонус. Они относились к нему примерно так же как к знакам препинания: главное что они есть, а где именно – не так уж и важно.

Он всегда недолюбливал людей, которые «никого не хотели обидеть». Удобная фраза: произнес ее – и обижай кого хочешь.

На Себя-Режу-Без-Ножа никогда не садились мухи – боялись, что он сдерет с них арендную плату.

Если не поймать события за шиворот, они схватят нас за горло.

А это законно? ... А что есть закон? Просто слова на бумаге.