Жюль Верн

О, как счастлив тот, кто может жить и умереть в отечестве!

Все великие деяния восходят к Богу, так же как от него исходят!

Так уж создан человек: в нем всегда живет потребность создать что-нибудь прочное и долговечное, которое бы его пережило, и в этом до известной степени заключается господство человека над всем остальным.

Я всегда делал добро там, где мог, но не отступал перед злом там, где мои противники этого заслуживали. Прощать обиды врагам вовсе не значит быть справедливым!

Порядочный человек не забывает своих проступков и потому, понятно, мнителен.

Фантазия не знает границ, когда она опирается на веру.

Гораздо благоразумнее рассчитывать на худший исход и предоставить свою судьбу неожиданности или случайности.

Порох — изобретение сравнительно недавнее, а война, к несчастью, так же стара, как род человеческий.

Не может быть таких обстоятельств, при которых человек имел бы право посягать на свободу себе подобных.

Придет время, когда наука опередит фантазию.

Всякий человек, превосходящий других по интеллекту и нравственным качествам, помимо своей воли или желания отвечает за других.

Он знал, что в жизни поневоле приходится, как говорят, тереться между людьми, а так как трение замедляет движение, то он держался в стороне ото всех.

— А ведь Вы, оказывается, человек с сердцем! — заметил генерал. — Иногда, — просто ответил Филеас Фогг, — когда у меня есть время.

Казалось, он в высшей степени обладал тем, что физиономисты называют «спокойствием в движении» — свойством, присущим людям, которые больше делают, чем говорят.

Это невидимое покровительство одновременно и трогало, и раздражало инженера. Сознание собственной слабости перед лицом могущества этой таинственной силы было оскорбительно для этого гордого человека, тем более, что в великодушии их покровителя, отнимавшего у них какую бы то ни было возможность выразить свою благодарность, было нечто презрительное. Этот оттенок пренебрежения даже умалял в глазах инженера ценность самих благодеяний.

Впрочем, это неудивительно: нужда — лучший учитель в мире.

Чем меньше удобств, тем меньше потребностей, а чем меньше потребностей, тем человек счастливее.

Видите ли, Гленарван, — ответил Паганель, — нужно уметь мириться с обстоятельствами: хороши они — тем лучше; плохи — надо не обращать на это внимания.

Запомни, Роберт: сравнение — самая рискованная из известных мне риторических фигур. Бойся сравнений и прибегай к ним лишь в самых крайних случаях.

А доброта его даже превосходила щедрость, ведь если щедрость неизбежно имеет предел, то доброта безгранична.

Если читатель может догадаться, как кончится книга, то её не стоило и писать.

В этом мире не так уж много людей, кого жизнь сумела сделать философами.

Каждый человек, только потому, что он человек, достоин того, чтобы о нем подумать.

Женщины вообще неустрашимы, за исключением тех, которые боятся всего на свете.

Нужны новые люди, а не новые континенты!