Алек Лайтвуд

— Это оружие. Я хочу его. — Ну, ты его не получишь, — сказал Алек. — Он прикреплён к статуе. — Не думаю, — Джейс указал на статую. — Посмотрите, статуя сжимает его, но на самом деле это две совершенно разные части. Они вырезали статую, а затем они вложили скипетр в руки. Его можно вытащить. — Я не уверена, что это абсолютно верно, — усомнилась Клэри, но Джейс уже поставил ногу на постамент, готовясь подняться. В его глазах был блеск, который она любила и страшилась, тот, который говорил: я делаю, что хочу, и к черту последствия.

— Тем не менее, я вырос рядом с тобой, — заявил Джейс. — В конце концов, — согласился Алек. — Как мох или кожное заболевание. — Ты любишь меня.

— Во имя Ангела… — начал Алек. — Нет, — произнес голос позади сжавшейся группы, — однозначно не во имя вашего Ангела.

— Постоянно, — ответил он. — Джейс может убиться, надевая штаны с утра. Быть его парабатаем — работа с полным рабочим днем.

— Вообще-то, я не называл тебя преступником. — Нет, просто очень нехорошим парнем. Я делаю всякие нехорошие вещи — пинаю котят, показываю монахиням непристойные жесты…

Будь осторожен. Руна, исцеляющая разбитое сердце, жутко болезненная.

— Может, тебе стоит выглядеть менее самодовольным из-за того, что ты делал прошлой ночью? — парировал Алек. Джейс чуть не свалился со скалы. — Я не выгляжу самодовольным. Ну, — поправил он. — Не больше, чем обычно.

Это хорошо, когда есть люди, которые беспокоятся о тебе. Они, как ты знаешь, хорошие друзья.