Андрей Жданов

Любовь к Екатерине Пушкаревой сделала из меня пещерного человека...

— Говорят, грипп ходит. — До меня не дошел.

— Слушайте, а ее обыскали при входе? — Не бойся, тебя обыщут при выходе.

Катя вряд ли поверит в то, что я в неё влюбился ещё тогда, когда... Не в эту новую, эффектную женщину, бизнес-вумен, а в ту, смешную с косичками. Которая была готова ради меня на всё...

Жить без любимой женщины глупо и бессмысленно!

Я один как Гагарин на орбите!

Я думал, нам вместе хочется найти ту точку, где закончилась любовь и начался компромисс.

И тут я такой заявляюсь, кент такой, распрекрасный прынц... Послушай, Катюха, может, мы с тобой сегодня прошвырнемся в Марьино, покоптим там, потусуем...

Да что ты вообще знаешь о женщинах? Они у тебя все как инкубаторские — одинаково хороши и пламенны, как одноразовые зажигалки!

Прошу тебя, не вини меня за то, что я сделал, я и сам не понимаю, что со мной произошло. Я потерял равновесие. Да, ты имеешь право отворачиваться от меня, игнорировать, может быть, даже мстить. Но, пожалуйста, не проси меня оставаться спокойным, когда я вижу тебя вместе с ним. Я не могу смотреть на это, не могу привыкнуть к мысли, что ты не моя. Мне так важно знать, что только я могу целовать тебя, чувствовать твою нежность. Я люблю тебя… и с каждым днем всё сильнее… Не уходи, Катя…

— Ну что же, думаю, пора обратиться к первой заповеди топ-менеджера. — Что еще за заповедь? — Если топ-менеджер не знает, как решить задачу, он должен поручить ее менеджеру третьего звена! — Мм... Что ж ты раньше-то не сказал?! Итак, я, как глава компании, поручаю тебе, Рома, как менеджеру среднего звена, найти ошибку в нашем плане. — Ты не дослушал! Ты должен найти менеджера, который справится с задачей, а не того, который до полуночи сидит в твоем кабинете!

— Роман, прошу тебя, только без провокаций. — Буду нем, как отключенный за неуплату мобильный!

Непростой у меня выбор: либо бардак в бумагах, либо «кошмар на улице Вязов» у меня перед глазами каждый день.

— Представь, все такое миниатюрное, но очень длинные ноги. — Циркуль.

— Я тебе всю ночь звонил, ты где ночевал? — У одного очень хорошего человека. — Вот теперь я вижу признаки выздоровления. Где же мы ее подцепили? — Не ее, а его. — Да ты что, тронулся? — Угадал... Только не я тронулся, а такой маленький-маленький желтенький домик на колесиках вот с таким вот кругленьким зелененьким фонариком. Понимаешь? Ну, я его тормознул, мы оба тронулись, а дальше я ничего не помню, я заснул... Ну, примерно так. — А... Вот и прекрасно, вот все и выяснилось, все сходится. Маленький желтенький домик на колесиках. Замечательно. Передвижная психбольница? — Нет, что ты говоришь, это было обычное такси.

Когда Малиновский думает о женщинах — мозги в этом процессе не участвуют.

— Да, я только сейчас всё понял... Но я полюбил её, я с ума схожу, поймите, поверьте! — Поверьте... Поверьте... Но Катя вам не верит и не поверит... Вы знаете... Вот таким людям, как вы, вообще верить нельзя!

— Я чист, как младенец. — То есть пускаешь слюнки и мычишь что-то невразумительное?!

Кира — она святая, только жить с ней нельзя, молиться на неё надо.

— Миша предложил Кате работу в своей компании, в Питере. — Миша? Предложил работать в своей компании? Как трогательно, а! Да нет у него никакой компании, там вся компания сам Миша и две кастрюли.

— Мерзкий тиран, самодур! — Брысь отсюда! А то прибью! Гений чертов!

— Сашенька... — Что, Андрюшенька? — Да так, погода хорошая...

У меня отличный вкус! И укус у меня смертельный!

— Андрей, я сейчас пойду и повешусь в женском туалете! И записку напишу, что в моей смерти виноват Андрей Жданов! — Да, Вик. Только номер кабинки не забудь в записке указать! Я эту кабинку забетонирую. На память.

— Договориться не удалось. — Жданов, ты не «Газпром», она — не Украина.