Гамлет

Ни слова про любовь. В лета, как ваши, Живут не бурями, а головой.

Я это запишу, Что можно улыбаться, улыбаться И быть мерзавцем.

Олень подстреленный хрипит, Лань, уцелев, резвится. Тот караулит, этот спит - И так весь мир верти́тся...

Мириться лучше со знакомым злом, Чем бегством к незнакомому стремиться!

Век вывихнут. О злобный жребий мой! Век вправить должен я своей рукой.

Пала связь времен! Зачем же я связать ее рожден?

Порвалась цепь времен; О, проклят жребий мой! Зачем родился я на подвиг роковой?

Нужно быть выше суеверий. Если чему-то суждено случиться сейчас, значит, этого не придется дожидаться. Если не сейчас, всё равно этого не избежать. Самое главное — всегда быть наготове. Раз никто не знает своего смертного часа, отчего не собраться заблаговременно?

Ты видишь, суетливость не к добру.

Порвалась дней связующая нить. Как мне обрывки их соединить?

Каким ничтожным, плоским и тупым Мне кажется весь свет в своих стремленьях! Какая грязь! И всё осквернено, как в цветнике, Поросшем сплошь бурьяном... Как это всё могло произойти?

Блажен, в ком кровь и ум такого же состава, он не рожден под пальцами судьбы, чтоб петь, что та захочет.

— Я не понимаю вас. — Я очень рад, острое слово спит в ушах глупца.

Так всех нас в трусов превращает мысль, И вянет, как цветок, решимость наша В бесплодье умственного тупика, Так погибают замыслы с размахом, В начале обещавшие успех, От долгих отлагательств.

Он, как и многие, того же разбора, в которых влюблен пустой век, поймали только наружность разговора, род шипучего газа, вылетающего посреди глупейших суждений, а коснись их для опыта — и пузыри исчезли.

Скажи, на что готов ты? Плакать? Драться? Постить? Терзать себя? Пить острый яд? Я то же сделаю. Ты выть пришел? Ты мне назло спрыгнул в ее могилу? Ты хочешь с ней зарытым быть? Я тоже. Ты говоришь о высях гор? Так пусть же На нас навалят миллион холмов. Чтоб их глава страны огня коснулась И Осса перед ним была б песчинкой!

Гамлет: — Он молится, ну а теперь — за дело. И пусть отправится он в рай. Злодей убил отца! И я за это, как сын единственный... Дэнни Мадиган: — Ну же, сделай это! Джек Слейтер: — Эй, Клавдий! Ты убил отца. Большая ошибка! [прикурив сигару от Зиппо, Джек выкидывает Клавдия в окно] Голос за кадром: — Не ладно что-то в Датском королевстве, и Гамлет подчищает грязь. Полоний: — Останови меч, справедливый принц. Джек Слейтер: — Я справедливый?! [достаёт узи и продолжает убивать стражников] Голос за кадром: — И никто уже не скажет доброму принцу «спокойной ночи». Джек Слейтер: — Быть, или не быть!... Не быть! [замок взрывается]

Само по себе ничто ни дурно, ни хорошо; мысль делает его тем или другим.

Пылинка зла уничтожает благо.

Да, он Был человек, во всем значенье слова. Мне не найти подобного ему.

О том, как вы краситесь, я тоже достаточно наслышался. Бог вам дал одно лицо, а вы сами малюете себе другое. Вы подтанцовываете, вы семените ножками, вы лепечете, вы божьим созданьям даете прозвища и свою похотливость выдаете за невидение.

Мы откармливаем животных, чтобы откормить себя, а себя для червей. Жирный король и тощий бедняк — только различные кушанья, два блюда для одного стола. Этим все кончается. Дело возможное — удить червяком, который ел короля, и скушать потом рыбу, проглотившую червяка.

Даже такое божество, как солнце, плодит червей, лаская лучами падаль.

Истлевшим Цезарем от стужи заделывают дом снаружи. Пред кем весь мир лежал в пыли, торчит затычкою в щели.

Нет совести — прикиньтесь, будто есть.