Ланселот

Я начал завидовать рабам. Они всё знают заранее, у них твёрдые убеждения! Наверное, потому, что у них нет выбора. А рыцарь... рыцарь всегда на распутье дорог.

— Я вызываю тебя на бой в третий раз. Слышишь ты, звероящер?! — Кто? — Послышалось.

— Теперь я знаю, что мне делать. Раньше я ни во что не верил. Теперь я верю в Камелот. Я сослужу ему хорошую службу, если уеду. Передай королю, что я всегда буду помнить его доверие ко мне. — А что мне сказать самой себе? — Скажи, что был человек, который любил тебя так сильно, что не мог изменить. — Я его не забуду...

Брат брату — всю мою жизнь до смерти.

— Господь всех нас уберег от этого. — Но только не меня. — Но ведь ты жив. — А зачем? — Он сделал тебя таким, какой ты есть. Человеком, который никого и ничего не боится. Ты должен использовать это. Ведь ты тоже мог погибнуть тогда, в той церкви. — Знаешь, сколько раз я мечтал об этом? — Но ведь ты же не умер, ты выжил. — Скажи мне, как жить дальше. Я не знаю. — Это твоя жизнь. — Возьми ее.

— «Помогая друг другу — мы становимся равными». — Вот настоящее сердце Камелота. А не эти камни и дерево, башни и дворцы. Сожги все это, а Камелот будет жить. Он живет в нас. Это вера, которая живет в наших сердцах.

Я и не мечтал поцеловать такую красавицу. У меня лишь одно сердце, чтоб терять его.

Да вы что? Вы уже год как свободные люди! Вы же свободные люди! Встать! Вы рабы! Вы... Вы не люди, вы бараны, стадо скотов! Да поймите же, он здесь! Я сейчас заставлю каждого это понять и убить Дракона в себе! В СЕБЕ, вы это понимаете?

— Не смотрите так, дело не во мне. Нас, молодых, так учили, понимаете? Нас... так учили. — Всех учили. Но почему ты оказался первым учеником?... Скотина!

— Наконец-то! Гвиневра, любовь моя. — Я могу вам помочь? — О боже. Это я, сэр Ланселот. Я нашел то, что искал. — Извините. Извините. На самом деле я не Гвиневра. Я Элис Ив, вы, видимо, что-то перепутали. — Твой голос звучит как музыка, но слов твоих я не понял. — Так. Эй, друг. Да, вот так. Она говорит, что она не Гвиневра, а актриса. Да и я актер. — Актер? — Да. Понимаешь? — Сними. — Да, точно. Хью Джекман. Все дело было в короне. — Хрю?! Джекман?! Нелепое имя, Артур! Оно непохоже на настоящее! Лишь трус будет скрывать свое истинное имя. — Хью. Джекман. — Вот я добыл сокровище, которое ты искал, но не смог найти. Вот он. Ключ к вечной жизни. — Так. Костюм чудный, энтузиазм впечатлил, но вам уже пора покинуть сцену. Сэр Ланселот, леди и джентльмены. Да. — Позор тебе, Артур! Ты не достоин короны и недостоин своей королевы! Так ощути холод поцелуя моего клинка, Хрю Джекман. — Постой, приятель, все, что ты видишь, ненастоящее. Смотри, вот. — Он ненастоящий. — Как и все здесь. Это не реальность. — Это не реальность. — Это спектакль, и мы играли правдоподобно, но это не реальность. — Не реальность. Не реальность?! Вы знаете, как я долго мечтал о Камелоте?! И что? И что же? Напрасно! — Нет, нет. Прошу вас, вернитесь на свои места. Я пытался быть вежливым, но хватит. Уйди со сцены, немедленно! — А ну отойди, я тебя не боюсь, Хрю Джекман. — Не советую со мной драться, а не то я тебя порву. Давааааай! Рррр! — Ты что? Что это? — Это из Россомахи. — Да. — Гхххыы. Понял? Без рубашки и с когтями ты круче. — Согласен. — Ланселот!

Никогда раньше я не встречал женщины, подобной тебе. Я встречал женщин, которые были рады, что я их защищаю, но я никогда не встречал женщин, которые хотели бы защитить меня.

Не бойтесь! Теперь можно быть нормальными людьми! Думать можно! Трудно, непривычно… но можно! Надо только начать!

В Черных горах, недалеко от хижины дровосека, есть огромная пещера. И в пещере этой лежит книга, жалобная книга, исписанная почти до конца. К ней никто не прикасается, но страница за страницей прибавляется к написанным прежним, прибавляется каждый день. Кто пишет? Мир! Записаны, записаны все преступления преступников, все несчастья страдающих напрасно.

Почему ты разговариваешь с Богом, а не со мной?