Санса Старк

Самое отважное, что мы сейчас можем — это смотреть правде в глаза.

— Я никогда его не увижу... — Многое может произойти между сейчас и никогда.

Я больше не молюсь. Это единственное место, где со мной никто не разговаривает.

Когда выпадает снег и дуют белые ветры, одинокий волк умирает, но стая живёт.

— Санса, умоляю! Я любил твою мать с самого детства! — И всё же вы предали её. — Я любил тебя больше, чем кого-либо! — И всё же вы предали меня.

— Ты злишься. Иногда злость толкает людей на ужасные поступки. — Иногда страх толкает людей на ужасные поступки. Я выбираю злость.

— Принимая решение, я закрываю глаза и вижу одну картину. Каждый раз я спрашиваю себя: поможет ли ее воплотить в жизнь этот шаг? Перенесет ли из мыслей в этот мир? И действую, только если ответ — да. Я вижу себя на Железном Троне. И вас рядом со мной. — Прекрасная картина.

— Что ты делаешь? — Молюсь. — Ты просто идеал. Молишься... О чём ты молишься? — Чтобы боги смилостивились над нами. — Над всеми? — Да, Королева. — Даже надо мной? — Конечно, Королева. — Даже над Джоффри? — Джоффри мой... — Замолчи, дурочка. Она просит богов смилостивиться над нами... Боги жестоки, на то они и боги. Мой отец так говорил, когда поймал меня за молитвой. Я помню, как умерла моя мать. Я была глупа. Я не понимала, что смерть окончательна. Я думала, что если усердно молиться, то боги вернут мне мать.

— Мои псы меня не тронут. — Ты не кормил их семь дней. — Они мне верны! — Были верные. Теперь голодные.

Завтра ты умрёшь, лорд Болтон. Спи крепко.

— Санса... Здравствуй, Санса. Теперь я буду жить здесь?... Нет. Наше время вместе скоро подойдет к концу. Это ничего. Ты не можешь убить меня, я — часть тебя. — Твои слова исчезнут. Твой дом исчезнет. Твоё имя исчезнет. Вся память о тебе исчезнет.

Жаль, что нельзя вернуться в тот день и закричать самой себе: «Остановись, глупая!»

Септа Мордейн говорила, что все мужчины по-своему красивы — постарайся найти в нём красоту.

Жалость убивает желание.

Любовь обеспечивает верность народа надежнее, чем страх.

С галереи наверху неслись весёлые звуки дудок и скрипок. Вдоль южной стены тянулись закруглённые окна, закрытые, однако, плотными бархатными шторами, не пропускающими внутрь ни света, ни молитв, ни шума битвы. «Только от войны всё равно не спрячешься, как ни старайся», — подумала Санса.

— Вы ужасный человек. — Просто честный. Это мир ужасен.

— Скажите, что вы чувствуете к моему августейшему племяннику? — Я люблю его всем сердцем. — В самом деле? Даже теперь? — Моя любовь к его величеству больше, чем когда-либо прежде. — Кто-то научил вас лгать на совесть. Когда-нибудь ты скажешь ему спасибо, дитя.

Истинная леди не позволит себе обратить внимание на внешность человека, сколь безобразным он бы ни был.

— В эту игру играют не так. Нельзя просто выпалить верный ответ. Ты должна придумать историю, куда он отправляется и зачем. — Зачем мне сочинять, если я знаю правду? — Потому что правда всегда либо ужасна, либо скучна.

— Это мой корабль. Не самый быстроходный, зато мой. Я всегда хотел корабль... теперь я хочу дюжину. Странно, правда? — Что именно? — Чего бы мы ни хотели — получив это, мы хотим чего-то ещё.

– Когда мы с Джейме были маленькими, мы были так похожи. Даже отец не мог нас различить. Я не могла понять, почему с нами обращались по-разному? Джейме учили сражаться на мечах, с копьем, с булавой. А меня учили улыбаться, петь и очаровывать. Он был наследником утеса Кастерли, а меня продали какому-то чужаку словно лошадь, чтобы он ездил на мне, когда захочет. – Вы были королевой Роберта... – А ты будешь королевой Джофри! Наслаждайся.

Вежливость — доспехи леди. (Учтивость — доспехи дамы.)