Александр Вертинский

И в хаосе этого страшного мира, Под бешеный вихрь огня Проносится огромный, истрепанный том Шекспира И только маленький томик — меня...

Обо мне не грустите, мой друг. Я озябшая хмурая птица. Мой хозяин — жестокий шарманщик — меня заставляет плясать. Вынимая билетики счастья, я смотрю в несчастливые лица, И под вечные стоны шарманки мне мучительно хочется спать.

Вы похожи на куклу в этом платьице аленьком, Зачесанная по-детски и по-смешному. И мне странно, что Вы, такая маленькая, Принесли столько муки мне, такому большому. Истерически злая, подчеркнуто пошлая, За публичною стойкой — всегда в распродаже. Вы мне мстите за всё Ваше бедное прошлое — Без семьи, без любви и без юности даже.

А когда наступит утро, я бреду бульваром сонным, Где в испуге даже дети убегают от меня. Я усталый старый клоун, я машу мечом картонным, И в лучах моей короны умирает светоч дня.

Пей, моя девочка, пей, моя милая, Это плохое вино. Оба мы нищие, оба унылые, Счастия нам не дано. Нас обманули, нас ложью опутали, Нас заставляли любить... Хитро и тонко, так тонко запутали, Даже не дали забыть!

Упокой меня, Господи, скомороха смешного, Хоть в аду упокой, только дай мне забыть, что болит!

И мне жаль, что на тысячи метров И любви, и восторгов, и страсти, Не найдется у Вас сантиметра Настоящего, личного счастья.

Сравнение — великая движущая сила, которая побуждает нас к соревнованию и самосовершенствованию.

Это всё, что от Вас осталось, - Пачка писем и прядь волос. Только сердце немного сжалось, В нём уже не осталось слёз. Вот в субботу куплю собаку, Буду петь по ночам псалом, Закажу себе туфли к фраку... Ничего. Как-нибудь проживём. Всё окончилось так нормально, Так логичен и прост конец: Вы сказали, что нынче в спальню Не приносят с собой сердец.