Чарли Чаплин

Детям кажется, что волосы – это очень существенная часть их личности. Они горько плачут, когда их в первый раз стригут. Какие бы волосы ни были – кудрявые, прямые или стоящие дыбом, – все равно, лишаясь их, дети испытывают острое чувство потери.

Искусство, прежде чем дать человеку крылья, чтобы он мог взлететь ввысь, обычно ломает ему ноги.

Да, я — Чарли! Я — старый шут! Сегодня твой черед. Танцуй!!!

Произведение потомства — главный закон природы, и каждый мужчина, молодой и старый, когда встречается с женщиной, оценивает возможность секса с ней.

Когда наступила эра звукового кино, моему герою Чарли пришел конец. Я понятия не имел, какой у него голос.

Я не боюсь клише. Вся жизнь — это сплошное клише. Все мы живем и умираем, едим три раза в день, влюбляемся и перестаем любить.

Всё произошло случайно. Оператор попросил меня нанести какой-нибудь грим. Я шёл к костюмерам и по пути думал: надо сделать так, чтобы одно противоречило другому: мешковатые штаны и тесный пиджак, большая голова и маленькая шляпа, такой весь потёртый, но при этом джентльмен.

Не имеет значения, где жить, важно — с кем.

Жизнь — это пьеса, которую не отрепетировать. Поэтому пойте, плачьте, танцуйте, смейтесь и живите на полную катушку до тех пор, пока не упадёт занавес и сцена не закончится, без всяких аплодисментов.

Простота — непростая штука.

Настоящий характер человека проявляется, когда он напивается.

Я не коммунист, я просто человек, и думаю, что мне понятна реакция любого другого человека. Коммунисты такие же люди, как мы. Если они теряют руку и ногу, то страдают так же, как и мы, и умирают они точно так же, как мы. Мать коммуниста такая же женщина, как и всякая мать. Когда она получает трагическое известие о гибели собственного сына, она плачет, как плачут другие матери. Чтобы понять её, мне нет нужды быть коммунистом.

Моя боль может быть причиной чьего-то смеха, но мой смех никогда не должен быть причиной чьей-то боли.

Жизнь — прекрасная штука, даже для медузы.

В Америке мне больше нечего делать. Я туда не вернусь, даже если президентом станет Иисус Христос.

Откуда берутся идеи? Только из упорных поисков, граничащих с безумием. Для этого человек должен обладать способностью мучиться и не утрачивать увлечённости в течение длительных периодов.

Зеркало — это мой лучший друг, потому что когда я плачу, оно никогда не смеется.

Очень трудно вести себя естественно, если ум ничем не занят.

Способность думать, подобно игре на скрипке или рояле, требует ежедневной практики.

Фотографы и репортеры ворвались в кабинет федерального судебного исполнителя и, несмотря на мои протесты, сфотографировали меня в тот момент, когда у меня снимали отпечатки пальцев. — Они имеют на это право? — спросил я. — Нет, — ответил мне судебный исполнитель. — Но разве этих ребят удержишь. И это говорил правительственный чиновник.

Ради искусства можно появиться на сцене и обнаженным, но вернуться оттуда надо не только одетым, но и более чистым... Но как бы то ни было, я хочу, чтобы ты была последним человеком из тех, кто станет подданным острова голых.

Работа у тебя трудная, я это знаю. Твое тело прикрыто лишь куском шелка.

Как далеко ты от меня! Но пусть я ослепну, если твой образ не стоит всегда перед моими глазами. Твой портрет – здесь на столе, и здесь, возле моего сердца. А где ты? Там, в сказочном Париже, танцуешь на величественной театральной сцене на Елисейских полях.

Я не был ангелом, но всегда стремился быть человеком.

Ненавижу слонов: такие сильные и такие послушные.