Мэл Гибсон

Человек умирает постепенно. Разве многие события нашей жизни  — это не этапы смерти? Разве жизнь не покидает нас по частям?

Я впервые задумался о том, чтобы стать режиссером, в 16 лет. Я хотел снять кино о викингах на старонорвежском, который тогда изучал. Глупая идея, да? Но именно поэтому я стал режиссером.

Мне помогал снимать Святой Дух, который выступал регулировщиком, мне видятся знаки, знамения, которые можно понять так же, как и знаки светофора.

Я думаю, Бог позволит ему встать у меня на дороге. Он заслуживает смерти. Я хочу прикончить его. Я хочу подвесить его внутренности на палке. Я хочу даже пристрелить его собаку.

Мой отец – это мой отец, а то, что кто-то не согласен с его взглядами, это не его проблемы.

Голливуд — это завод. Тебе следовало бы понимать, что ты работаешь на заводе и что ты — это всего лишь часть механизма. Если провалишься — тебе найдут замену.

Мудрый человек тот, который понимает, что каждый день — это новое начало, потому что, эй, как много ошибок в день вы совершаете? Не знаю как вы, а я много. Вы не можете повернуть время вспять, так что должны смотреть в будущее.

Нельзя быть немножко верующим. Если ты по-настоящему следуешь за Христом, то тебе придется следовать за Ним до Голгофы.

Он [Иисус] умер для всего человечества, пострадал за нас всех. Настало время вернуться к этому основному посланию. Мир сошёл с ума. Мы все могли бы чувствовать немного больше любви, веры, надежды и прощения.

Я люблю женщин, потому что женщина — это лучшее, что замыслил Господь. А если женщины хотят быть такими же, как мужчины, то есть опуститься на ступень ниже, что ж, пусть будет так.

Почему-то многим кажется, что я республиканец, но это не так. На прошлых выборах я вообще не знал, за кого голосовать. Ты смотришь на них, а в голове у тебя что-то вроде: «Ну хорошо, выбор, получается, такой: вы хотите, чтобы вас ударили или чтобы вас пнули».

У каждого найдутся в запасе какие-то предрассудки.

То, что ты сделал, ты уже сделал, и надо признать это. Иначе ты будешь выглядеть как человек, который пытается запихнуть зубную пасту обратно в тюбик.

Лучший ответ, который ты можешь получить на глупый вопрос, — это тишина.

Иногда мне кажется, что самая великая способность человеческого разума — это способность забывать.

Любые перемены сопровождаются болью. Если ты не чувствуешь боли, значит ничего не изменилось.

Политкорректность — это интеллектуальный терроризм. Все не могут всегда и всех любить.

Чем незаметнее зло, тем оно страшнее. Дьявол не держит над головой неоновую вывеску «дьявол».

Если ты собираешься купить три шляпы, отрасти вначале еще пару голов.

Мечты всегда смотрятся жалкими на бумаге.

Зло находит свой путь к каждому из нас, но есть одно общее: в первую очередь зло убеждает тебя, что его не существует.

Журналисты — единственная порода людей, которые способны сожрать тебя живьем.

Помню, папа отвел меня в сторонку и говорит: «Сынок, все любят клоунов, но никто им не платит.» Мне часто хочется ему позвонить и сказать: «Помнишь, папа, что ты мне говорил? Так вот, клоунам платят!»

Вы предпочитаете висеть на кресте или забивать гвозди?

После двадцати лет в браке я, кажется, начал понимать, чего хочет женщина. Любовь для женщины — это что-то между диалогом и шоколадом. А для мужчины — что-то между сексом и пивом.