Субмарина (Submarine)

Не знаю, достиг ли я зрелости, но я определенно стал старше. Я чувствую себя высохшим, словно внутри меня живет крошечный старик Оливер Тейт, который управляет каркасом в виде Оливера в натуральную величину. Каркас, на котором демонстрируются обветшалые повторы старых изображений. Каждый вечер я прихожу в одно и то же место и жду, пока небо окрасится в унисон моему настроению. Все уже решено. Нет никаких сомнений, что это конец.

«Причины НЕ кончать жизнь самоубийством: 1. Кому-то придется убирать 2. Выставлю родителей в плохом свете 3. Никогда больше не увижу Джордану».

— У тебя новая собака. У тебя ведь аллергия. — Оливер. — А где твой парень? — Он мне не парень. — Кожа у тебя выглядит ужасно. Это, наверное, все из-за собаки. — Да срать мне на мою кожу! — Зачем же ты новую собаку завела? — Потому что я люблю собак, ясно?! Что ж ты такой мудак?! — Не знаю.

Хотел бы я принести в школу такую записку: «Дорогой мистер Дэйви, пожалуйста, отпустите Оливера с уроков, у него разбито сердечко. Искренне ваш, Ллойд Тейт.»

— Я видел маму с Грэмом на пляже. — Мама мне все рассказала. — И то, что она залезла в фургон с его физиономией на боку? — Да. — А она сказала, что случилось в фургоне с его физиономией на боку? — Да. — Ты не злишься? — Ол, в море были ураганы и пострашнее.

Мы не разговаривали с Джорданой вот уже два месяца. У ее нового парня чудовищно длинная шея. Одна только мысль о жирафах приводит меня в бешенство.

— Часто с тобой такое? — Что именно? — Усталость? — Хандра. — Частенько. — И давно это началось? — Когда я был в твоем возрасте. — Каково это? — Как будто я под водой. — Ты поэтому стал морским биологом? — Может быть. — Тебе всегда нравились рыбы? — Наверное, да. В океан я окунулся с головой. Прости за каламбур.

Я не хочу мистического ниндзю в качестве отчима. Я не хочу разведенных родителей, как у Чипа, не хочу носить тренировочные костюмы вместо пальто и принимать легкие наркотики в супермаркетах. Я хочу назад свою семью. Я не хочу, чтобы что-то менялось.

— Пап, в гипотетическом пожаре, где нас с мамой одинаково сложно спасти, кого бы ты спас? — Я бы спас твою маму, чтобы вдвоем мы спасли тебя.

Я очень серьезно относился к своим обязанностям бойфренда. Вчера я перечитывал «Я хочу для тебя самого лучшего», и вспомнил главу, где говорилось: «Домашние животные в семье важны. С их смертью дети учатся познавать смерть и горе». Поэтому, ради Джорданы, я должен сделать так, чтобы ее собака умерла раньше ее матери. И наши отношения наладятся. — Оливер Тейт. Так, успокойся. Что случилось? Травить ее собаку более не было нужды. Потому что ее собаку только что сбил поезд. Я соскреб его останки в мешок для мусора, который принес с собой. Смерть домашнего питомца поможет легче принять смерть родителя. Я чувствовал, как напряжение между Джорданой и мной начало таять.

Что есть свет? Какова его роль? Давайте-ка подумаем об этом минутку. Свет кажется чем-то банальным и естественным, но это не так. В нем масса всего. Это чертова разрывная граната! Свет -, самый важный дар, который мы подучили от вселенной. И если спросить любого, черт его за ногу, интеллигентного писателя, типа профессора Хокинга или типа того, он вам... об этом чертовом свете сможет рассказывать целый год! Мы не желаем пребывать во тьме, не желаем выть в неведении!

— Я тебе спичек принес. Твои любимые. — Я заметила, когда зажигаешь спичку, пламя принимает форму падающей слезы. И тогда я понял, что ее уже не спасти. Она стала рохлей. Теперь она будет покупать для любимых учителей сувенирчики, восхищаться пейзажами и покупать суп для бездомных. И она больше никогда не будет жечь мне волосы на ногах.

— Тебе нравится, когда у меня длинные волосы? Или короткие, как сейчас? — Ну... Твои волосы мне нравятся независимо от их длины. — Но тебе нравятся длинные? — И так, и так хорошо. — Значит, мнения у тебя нет. — Решать-то все равно тебе. — Значит, если я побреюсь налысо, тебе будет все равно? — Да, если ты будешь счастлива. Если хочешь побриться налысо, то так и сделай. — Ну с чего бы я брилась налысо, Ллойд? Что за глупая мысль?

— «Поцелуй меня!» Да кто так говорит вообще? — Это был просто поцелуй. Я хотел быть романтичным. — Какого хрена? Ты мне лицо сплющил! Да, романтично так!

— Вот, я взял для тебя. Эти книги очень для меня важны. Это самая зрелая работа Шекспира, намного лучше «Гамлета». Тематически более проработанная. А это Ницше, один из самых влиятельных философов современности. Я не со всеми его тезисами согласен, но у него есть любопытные мысли. А это «Над пропастью во ржи», один из величайших американских романов современности. Сэлинджер очень влиятельный писатель. — Зачем ты все это делаешь? — Я подумал, что после того, как у нас был секс, было бы хорошо, чтобы у нас появились общие интересы, помимо харкания и поджогов.

Почему родители не сказали мне, что Грэм был первой маминой любовью? Не удивительно, что их кино-рандеву обернулось такой схизмой. Могу лишь предположить, что был поднят вопрос обмена женами, и отец оказался не готов к этому эмоционально. Возможно ли, что мама может изменить отцу? Они разведутся? Они ведь даже не ругаются. Они просто дискутируют. Нужно повысить уровень наблюдения.

Сегодня в энциклопедии я наткнулся на статью об ультразвуке. Это звуковые вибрации настолько высокой частоты, что не различимы для человеческого уха. Сперва его использовали для обнаружения подводных объектов. Подлодок, глубинных бомб, Атлантиды и прочих. Некоторые животные, например, летучие мыши, дельфины и собаки, могут слышать ультразвуковые частоты. Но люди не могут. Никто на самом деле не знает, что думает или чувствует другой человек. Что находится внутри мамы? Внутри папы? Внутри Джорданы? Все мы идем по жизни, никем не замеченные. И с этим ничего нельзя поделать.

«Дорогая Джордана, спасибо, что позволила мне познать твое прекрасное тело. Я готов испить твою кровь. Ты единственная, кому бы я позволил уменьшится до микроскопических размеров и плавать внутри меня в крошечном подводном аппарате. Хоть мы и потеряли нашу девственность, мы приобрели многое другое. Ты слишком хороша для меня. Ты слишком хороша для любого. Искренне твой, Оливер».

— Перестань уже меня за плечи дергать. — Я просто... направляю тебя... Так, не открывай. Не открывай, пока я не скажу. Вот так. — Можно? — Да. — Мать твою, да ты серийный убийца! — Ты извини. Я не знал, понравится тебе или нет. Но теперь мы можем научиться на ошибках. Я вот уже научился. И ты кое-чему научилась. Может, начнем все сначала... — Мне пора домой.

— Они ведь наши соседи. — Кто, ниндзи? Сегодня четверг, наш кино-вечер, а не проходной двор. — Не называй их ниндзями, Оливер. Это расизм. Они ведь белые.

— Напиши список причин, почему я должна прийти. — Возможные причины: 1. Ты безумно влюблена в меня 2. Лучше это сделать до совершеннолетия 3. Все равно выйдет неважно, так зачем ждать?

— Знаешь, мы ведь неплохо ладим... — Да, все здорово. — И мы становимся все ближе друг к другу. — Ближе? — Ну да, мы многое делаем вместе, значит, мы близки. — Ладно, мы близки. — В четверг мои родители едут в кино. Традиция у них такая, каждый четверг ездить в кино. Так вот я это к тому, что дома никого не будет. Дома в четверг никого не будет... В четверг вечером никого не будет дома... Что скажешь? — Ты приглашаешь меня к себе заняться с тобой сексом? — Если я скажу да, это уменьшит шанс на то, что ты согласишься?

Моя мать неврастеник от природы, и в юности даже мечтала стать актрисой. А потом ее логопед сказал ей, что для ее рта у нее слишком большой язык. Сейчас она работает в государственной юридической конторе.

— А еще я записал для тебя кассету, это сборник песен, которые я слушал во время былых характерообразующих отношений. Здесь еще пара песен, которые, думаю, тебе понравятся. Я считаю, что музыка добавляет некоторым событиям реалистичности, если ты меня понимаешь. — Да, спасибо. — Ближе к концу я записал несколько песен для расставания, на случай, если у вас не сложится. Разумеется, я не говорю, что это обязательный исход, но, сказать по правде, он вполне ожидаемый. Страсть, увы, скоротечна.

Моя мать считает, что у меня психологические проблемы. Во время регулярного осмотра спальни родителей, я нашел там книгу о подростковом параноидальном бреде. После этого я стал приправлять наши беседы избранными цитатами оттуда. — У меня вместо тела пустая оболочка. Мои органы сделаны из камня. Я уже давно умер. — Ясно.