Вина за случившееся давила на Лауру, медленно утаскивая её на дно отчаяния...
Вина за случившееся давила на Лауру, медленно утаскивая её на дно отчаяния...
— Ну, как-то грустновато ты выглядишь, чувак. Твой отец не слишком на тебя давит? Бьюсь об заклад, быть сыном такого сильного человека нелегко. — Ты не представляешь, каково это.
Восклицательный знак — точка под давлением!
Воздействие давления зависит от материала. Одни под давлением сжимаются, другие распрямляются.
Чем больше давление, тем резче сатира. Чем ужаснее рабство, тем она тоньше.
На разные материалы давление действует по-разному: одни мельчают, другие растут.
Почему все вы давите на меня и погружаете меня в собственные печали?
У некоторых старичков этакий специфический незамысловатый юмор… – Как у вас дела с лекарством от высокого давления? Давление под контролем? – спрашиваю я пожилого мужчину. – Чаще всего да. Но если бы мимо прошла обнаженная женщина, оно бы поднялось, – и подмигивает мне.
Я не прислушиваюсь к мнению людей, которые пытаются на меня давить.
Я в смятении, потому что родители на меня давят, давят бабушка с дедушкой и даже наши соседи давят, потому что я не работаю.
У каждого есть своя кнопка. Надо только знать, где нажать.
Словом, что бы ни ждало нас в будущем, мы можем быть уверены лишь в одном: женщин в их «необработанном», или «естественном» виде будут продолжать перемещать из категории «женщина» в категорию «уродина», заставляя их стыдиться своих тел и стремиться к внешнему единообразию, будто они сошли с одного конвейера.
— Я возмущен тем, что ты хочешь погубить моего сына! — Это ты погубил его. И не любовью, а своим ужасающим давлением. Он украл работу гения, чтобы заслужить признание тирана!
Я имею дело со столькими вещами и вижу так много молодых девушек, тратящими годы впустую, будучи недовольными собой. На них все давят, в основном — через медиа-источники, что они недостаточно красивы, недостаточно стройны, что у них слишком светлая или слишком тёмная кожа. Нужно взять собственную силу в свои руки и понять, что это мы выбираем, что чувствовать к себе. Выстраивание самооценки требует работы, но это стоит того, и чем быстрее, тем лучше.
Мы привыкли думать о власти как о том, что давит на субъект извне, о том, что субординирует, ставит в зависимость и переводит в низший класс. Это, безусловно, справедливое описание части того, что делает власть. Но если, следуя Фуко, мы пониманием власть также как формирующую субъект, как обеспечивающую само условие его существования и траекторию его желания, тогда власть есть не просто то, чему мы противостоим, но также в конечном итоге то, от чего мы зависим в самом нашем существовании, и то, что мы скрываем и сохраняем в своем бытии. Обычная модель понимания этого процесса такова: власть внедряет себя в нас, и, ослабленные ее силой, мы интернализуем или принимаем ее термины. Что не учитывается в таком подходе, однако, — что сами «мы», принимающие эти термины, фундаментально зависимы от них в «нашем» существовании. Не существует дискурсивных терминов для артикуляции никакого «мы». Субъекция состоит как раз в этой фундаментальной зависимости от дискурса, который мы никогда не выбираем, но который парадоксальным образом дает начало нашей деятельности и поддерживает ее.
Некоторые чувства невозможно сдержать, даже сохраняя их под давлением. Они неизбежно вырвутся наружу потоком обжигающей лавы.
[Во время погружения, инженер Говард привязал нить на обе стены инженерного отсека.] — Так… следите за этой ниткой, потому что водное давление сплющит эту лодку как пустую банку из-под пива. [смеётся как маньяк] [Позже, нить уже висит, не натянутая.] — Спорю, что вы такого никогда не видели на тех больших атомках. — Мм… нет, мы не использовали верёвки для белья. У нас были сушилки-автоматы. — Вот ещё немного провиснет, и нас сплющит как каток жабу... — Я однажды видел раздавленную лягушку машиной на дороге. Я её за стельку принял...
Если их давление вас начнет беспокоить, напомните себе, что они не живут вашей жизнью и не переживают того, что переживаете вы. Из самых добрых побуждений ваши друзья могут сбивать вас с толку тогда, когда вам больше всего нужна будет их поддержка. Семейные пары могут чувствовать, что они теряют вас, как социальную ячейку. Они также могут обеспокоиться тем, что ваша потребность в участии обрушится на них. Напоминаю, какими добрыми бы ни были их побуждения, они не находятся в вашей шкуре.
Прежде чем давить на кого‑то, нужно запастись тисками побольше и твёрдо этого кого‑то ими зафиксировать.
Мы все допускаем ошибки. Никто не совершенен. Ни от кого не стоит ожидать идеальности. Это слишком большое давление, которое запросто может нас раздавить.
Это не давление. Это ответственность. И мы берем ее на себя.
Я понял, что как только кто-то начинает на тебя давить, нужно переключить разговор на тему, в которой собеседник не разбирается.
— Это мисс МакКензи, экономка. Не давите на неё. — Мисс МакКензи, вы отвечаете за безопасность учеников. Вчера вы оставили здесь все открытым. Вы что, идиотка, алкоголичка или преступница?!
Я встречал столько людей, которые были под жёстким контролем со стороны родителей. В конце концов они просто не выдерживали давления и сходили с ума!
2024 © «Мебель-24» - Данный интернет-сайт носит исключительно информационный характер и ни при каких условиях информационные материалы и цены, размещенные на сайте, не является публичной офертой, определяемой положениями Статьи 437 Гражданского кодекса РФ. Наш сайт не осуществляет НИКАКУЮ продажу товаров. Наш адрес: РоссияПосмотреть на карте |
