Цитаты на тему «джаз»

— Это значит, вы играете очень быструю музыку... джаз? — Да. Самый горячий! — Некоторые любят погорячее. Но я предпочитаю классическую музыку.

— Джаз для России это чужая музыка? — Я с этим не согласен. Приведу пример. Когда мы встретились с оркестром Кларка Терри, это знаменитый трубач, который, кстати, играл у Дюка Эллингтона, мы с ними выступали вместе на фестивале. <...> И потом когда мы вышли после фестиваля, выяснилось, что они в одной гостинице и я предложил им наш автобус до гостиницы. И когда мы ехали, по пути кто-то сказал: «Вы знаете, у нас там напитки остались, позовём их поговорить». Мы позвали, поговорили и вдруг тромбонист один, двухметрового роста говорит: «Можно мне сказать слово? Вы знаете, как у нас к цветным относятся, но мы впервые почувствовали: только русские к нам относятся именно душой всей». Потом у него слёзы потекли. И потом говорит: «Я только сейчас понял: настоящий джаз понимают только цветные и русские».

— Не понимаю джаз. — Ты не понимаешь джаз? — Нет. — Ну неважно, понимаешь ты или нет, важно что чувствуешь, когда слышишь его. Вот, что важно. — Пытаюсь понять слова песни или мелодию, или хоть что-нибудь. — Не надо понимать, эта музыка не пытается тебя куда-то унести, а наоборот, пытается отыскать себя, суть себя самой.

Говорят, кто не любит джаз, не умеет наслаждаться жизнью.

Кофе с легким привкусом миндаля. Тихо Чет Бейкер снова играет джаз. И вместо кроткого вздоха «твоя» Ровное «это теперь не про нас». У наших привычных бесед до утра Новый поистине сжатый формат. И вместо «может еще раз с нуля»..? Твердое «больше ни шагу назад».

Кофе с легким привкусом миндаля. Тихо Чет Бейкер снова играет джаз. И вместо кроткого вздоха «твоя» Ровное «это теперь не про нас».

Моя тень упала на темно-красную кирпичную стену. Она смотрела мне прямо в самую душу, копируя каждое мое движение. Словно устраивая мне главное итоговое испытание. Увлеченная музыкой, я начала танцевать, глядя в лицо своим демонам. Оковы спали. Страха нет. Моя тень танцует джаз.

Джаз — это то, что ты чувствуешь.

— Оркестр играет великолепно. — Дьявольская музыка! — Значит, у дьявола хороший вкус.

Мои друзья шутили, что у меня «старая душа», и как они заметили, она еще с юности требовала джаза, классической музыки и хорошего вина.

Пей до дна и мне налей глоток — и будет джаз! Во мне, как никогда сегодня бродит сок — и будет джаз! Хей, давай мы всем покажем класс, и в небеса с тобой мы улетим сейчас, Так высоко никто не долетал до нас — и будет джаз! Оу, малышка будет до утра чудить, и будет джаз! Оу, растопчет туфли, разорвет чулки, и будет джаз! Оу, продолжит с ней в кровати, Оу, ее мамаша спятит, если в ночь увидит дочь, И будет джаз! Хей, давай захватим город в плен?

Хей, малыш, захватим город в плен... И будет джаз, Я приспущу чулки, до самых, до колен, и будет джаз, Все за мной я знаю классный бар, Там джин дают как лёд, а от рояля жар, Там вечный шум и гам, и драки по ночам, И там, знай, джаз! И будет джаз, да будет джаз!

Чёлку в бок, а ноги в модный шуз — и будет джаз! Для нас крутой «старик» исполнит классный блюз, А может, джаз. Хей, малыш, ты будешь пьян и рад. И выпьешь аспирин, если гулять ты слаб. И развалившись в прах, захочешь вновь начать - И бу-дет джаз!

Корреспондент: — Что вас больше всего интересует в жизни, товарищ американец? Джон Поллак: — Jazz, boxing and sex. Аглая Глушко: — Секса у нас нет, джаза тоже, а бокс мы вам организуем!

Ну что ты, папа, ворчишь, как дед? Ведь мне давно уже не десять лет! Что из того, что позавчера Я задержался до пяти утра? Тебе не нравится наш музон, Всё говоришь, что примитивен он. Ты в чём-то прав, но пойми нас, Хотя бы вспомни, как ругали джаз!

Многие люди считают, что «Mistery Lady» это джаз. На самом деле это не джаз, а ориентированная на джаз поп-музыка. Но что бы я ни пела, я пою по-своему. Если джаз, он должен звучать как джаз, но все равно он будет нести в себе частицу блюза. Мне нравится заниматься разными вещами. Когда мы закончили этот альбом, я объявила записывающей компании, что намерена работать над его продолжением. Мне хочется, чтобы это был не поп, а что-то вроде биг-бенд стандартов. Что-нибудь такое, чего я никогда раньше не делала, что-то вроде Эллы Фицджеральд, Фрэнка Синатры… Я вовсе не собираюсь петь, как они, я хочу сделать что-то в этом духе. Просто для того, чтобы узнать, что я могу сделать это.

Звучит в ночи осенний джаз, Танцуй со мной в последний раз. Поёт и плачет саксофон, Нам в эту ночь играет он. Что расставанье впереди, Печальных глаз не отводи. Танцуем мы в последний раз Моей любви осенний джаз...

Я знаю. Это другое. Но ты ведь хочешь спасти джаз. А как его спасти, если его не слушают? Джаз гибнет из-за таких, как ты! Ты играешь для стариков, брат. В Лейд-хаузе. Где дети? Где молодежь? Ты одержим Кенни Кларком, Телониусом Монком, а они были революционерами. Как ты собираешься быть таким же, если ты консерватор? Ты вцепился в прошлое, но джаз — это будущее.