Харуки Мураками | 1352 цитаты

Тебе всего пятнадцать лет. Жизнь, мягко выражаясь, только началась. Сколько ты еще на этом свете не видал! И вообразить себе не можешь.

Если не понимаешь без объяснений – значит, бесполезно и объяснять.

Однако если оглянуться и попытаться вспомнить ту пору, когда мне было двадцать... что я могу припомнить? Лишь то, что я повсюду один и безмерно одинок. У меня не было подруги, способной согреть мое сердце и тело. У меня не было друга, с которым я мог бы поговорить по душам. Что ни день, я не знал, как мне быть, не имел никакого представления о будущем. Чего ни коснись, я затворялся в себе, порой ни с кем не разговаривал по целой неделе. Такая жизнь продлилась примерно год. То был очень долгий год. Не знаю, стала ли та пора для меня суровой зимой, что оставила внутри важные годовые кольца?

Мир был бескрайним морем без ориентиров, а он — яликом, ни якоря, ни карт. Куда ему податься?

Ты – светлый персидский ковер, а одиночество – пятна от не пролившегося бордо.

Женщины от рождения наделены особым независимым органом, отвечающим за ложь. Что, где и как лгать — каждая решает для себя сама. Однако все без исключения женщины в какую-то минуту, причем зачастую — очень важную — непременно лгут. Конечно, они лгут и по пустякам, но не это главное: в самый ответственный момент они лгут без колебаний и стеснения. При этом большинство из них даже не краснеет и не меняется в голосе.

Ни о чём не думалось. Я просто слушал музыку – и всё.

Из всех человеческих чувств, пожалуй, нет ничего хуже ревности и гордыни.

Однажды ты вдруг станешь «мужчинами без женщин». Этот день нагрянет к тебе внезапно, без малейшего предупреждения и подсказки, без предчувствия и внутреннего голоса, без стука, не откашлявшись. Поворачиваешь за угол и понимаешь, что ты уже там есть. А вернуться невозможно.

— Но ведь это важно — пережить в молодости минуты грусти и боли? В смысле — как ступень взросления. — Ты считаешь? — Примерно так же деревьям для роста приходится переживать лютые зимы. Если все время тепло и климат ровный, годовые кольца почти не растут.

Сны, если очень нужно, можно брать напрокат.

Когда сам не знаешь, что ищешь, поиск становится непростым делом.

Музыка порой оказывает настолько выверенное воздействие, что явственно воскрешает память, иногда – до боли в груди.

Джентльмен – это человек, который не болтает об уплаченных налогах и женщинах, с которыми спал.

В нашем мире бывает так, что недостаточно лишь не делать неправильных действий. Есть те, кто использует такую пустоту, как лазейку.

Стать мужчинами без женщин очень просто. Достаточно крепко любить женщину, и чтобы потом она куда-то исчезла.

Может, единственный способ сохранить рассудок, когда мир разваливается на куски, — это и дальше выполнять свою работу честно и прилежно?

Язык, на котором мы говорим, формирует нас как людей.

Бывало, он воображал, как хорошо жить в неведении. Но как бы то ни было, жил он по принципу разум побеждает невежество. И как бы ни пришлось страдать после, он не мог не узнать всего сейчас. Только познание может сделать человека сильнее.

Вернувшись, сразу понимаешь, что оказался не совсем там, откуда пришёл. Это правило. В одну реку дважды не войдёшь.

Стоит начать играть всерьёз, и уже непросто найти повод, чтобы закончить. Как бы ни было тяжко на душе, до тех пор, пока представление не перевалит смысловой апогей, его течение остановить невозможно.

Стоит пошевелиться ее сердцу, и моё ему вторит. Будто две лодки на одном канате. И захочешь разрубить, да подходящего ножа нигде нет.

Как бы партнеры ни понимали друг друга с полуслова, как бы горячо ни любили, чужая душа — потемки. Заглядывать туда бесполезно, даже если очень сильно нужно — только горя хлебнешь. Другое дело мы сами: надо лишь постараться, и этого будет достаточно, чтобы разобраться в себе досконально. Выходит, нам, в конечном итоге, необходимо сделать одно — прийти к душевному согласию с самими собой. И если нам действительно хочется увидеть других, нет иного способа, кроме как приглядеться к себе.