Натаниэль Готорн

Жизнь сделана из мрамора и грязи.

Какая тюрьма темнее, чем сердце? Какой тюремщик строже, чем ты сам?

Женское целомудрие состоит, как луковица, из нескольких слоев.

В мире на этой бренной земле счастье приходит всегда случайно. Если ты будешь гоняться за счастьем и стремиться к нему всеми фибрами своей души, ты никогда его не достигнешь… Стремись к другим целям — и тогда, очень вероятно, ты найдешь счастье там, где никогда не ждал его встретить.

Под кучей денег может быть погребена человеческая душа.

Не являются ли любовь и ненависть в основе своей одним и тем же чувством? Каждая из них в своем предельном развитии предполагает высокое понимание человеческого сердца; каждая из них питается за счет чувств и духовной жизни другого; каждая из них заставляет и страстно любящего и не менее страстно ненавидящего, лишенных объекта своей любви или ненависти, одинаково страдать от одиночества и тоски. С философской точки зрения обе эти страсти представляются совершенно одинаковыми, с той лишь разницей, что одно чувство сияет небесным светом, а другое — зловещем пламенем.

Оставь обломки своего крушения там, где оно произошло. Не думай больше о нем! Начни все заново! Неужели ты истощил свои силы в первом же испытании? Нет! В будущем тебя ждут новые испытания, но также и успех.

Непрерывно копаясь в душе, он не очищал ее, а только истязал.

Неискреннему человеку вся вселенная кажется лживой...

На свете нет ничего слаще... чем знаки детского предпочтения, оказанного внезапно, по какой-то внутренней симпатии, и поэтому словно подтверждающего, что в нас действительно таится нечто, достойное любви.

Дети всегда разделяют тревогу своих близких, чувствуют любую беду и надвигающийся переворот в их доме...

Каких бы утопических взглядов на человеческое счастье и добродетель ни придерживались основатели новых колоний, они неизменно сталкивались с необходимостью прежде всего отвести один участок девственной почвы под кладбище, а другой — под тюрьму.

Каков бы ни был проступок, не существует, мне кажется, кары, более противной человеческой природе и более жестокой, чем лишение преступника возможности спрятать лицо от стыда...

Тонкое и кропотливое рукоделие доставляет женщинам удовольствие, которое мужчинам не понять.

Горе мужчине, который овладевает рукой женщины, не завоевав также весь пыл её сердца.

При столкновении с действительностью вдребезги разбиваются и гибнут замыслы, которым воображение придавало невыразимую прелесть и ставило превыше всех людских ценностей.