— Японцы — это тема! Всё, Кольцов. Мы в Питере! — Какая тема, что ты мелешь? — Японский театр! Хананамити — там все действие происходит на кладбище! — Ага, хорошо, не в морге.
— Японцы — это тема! Всё, Кольцов. Мы в Питере! — Какая тема, что ты мелешь? — Японский театр! Хананамити — там все действие происходит на кладбище! — Ага, хорошо, не в морге.
Ещё во мне умерли Ингви, Честер из Линкин Парка, Это исповедь панка, я — кладбИще музыкантов!
Снимаю у одной семьи из Индии квартиру в Москве. Единственный минус моей съёмной квартиры — у неё окна выходят на кладбище. Мы когда пришли, там была риелтор и она такая: «Здесь недалеко кладбище, но оно нормальное». Мы такие: «Нормальное?» Это что вообще значит для риелтора? Только славяне? Это в стиле: «Здесь недалеко маньяк, но он адекватный, всё по пакетам, не то что эти собачники сраные». <...> Меня недавно таксист подвозил до дома и он такой: «Вам не страшно здесь жить?» Я говорю: «Да нет, я же в квартире живу, вы что, с ума сошли?» Он такой: «Да нет, я про кладбище!» И я говорю: «Да нет, оно нормальное, нам сказали, всё хорошо».
Когда я была маленькой, по воскресеньям мы ездили с дедушкой и бабушкой за город. Если мы проезжали мимо какого-то кладбища, дедушка открывал окно и выкрикивал: «Жалобы есть?» Он никогда не получал ответа и всегда говорил, что это явное доказательство того, что мёртвые всегда всем довольны, и когда пришло его время, он мирно умер в своей постели, без страха и почти без боли.
Я считаю, что кладбище это место только для этих сраных конфет «Рачки». Это мразь, а не конфета. Эти конфеты, которые нам подкидывают через детей через новогодние подарки. Ребёнок сидит: «Фу, рачило...» Мать подошла, забрала его, положила и он при любых удобных похоронах кочует на кладбище. В целом, этот рачок проживает жизнь человека: от ребёнка до кладбища. Эти конфеты... «Полёт», «Мятное»... Я бы вообще в магазинах продавал килограмм на похороны. Бесплатно. Нет такого, чтобы бомж шёл по кладбищу и увидел «Ferrero Rocher», «Raffaello», «Meller»... «Ну у меня есть время!»
Ну да, ночной поход на кладбище решает все проблемы! Свернёшь шею — и думать больше ни о чём не нужно.
Коммунисты величайшие волшебники. Они любую страну способны превратить в цирк, тюрьму или кладбище.
Лежите, не двигайтесь — вы же мертвы. Но, если вы не возражаете, на кладбище я вас не повезу.
Неудержимое стремление любыми путями стать богатым при жизни — гарантирует вам статус самого богатого на кладбище.
Эти сверхъестественные красные розы, которые, казалось, цвели на снегу, были единственными островками жизни среди этого царства мертвых.
Наверное, нужно реже бывать на кладбище. Единственное, что беспокоит меня: они там [на кладбище] и не могут уйти. Поэтому и навещаю их, а они... они не могут уйти.
Каждый хирург несет в себе небольшое кладбище, на которое время от времени ходит помолиться, – средоточие горечи и сожалений, где ему следует искать причины своих неудач.
Мне не нужно место, где я могу укрыться, мне нужна земля под кладбище для моих врагов.
... Не изменишь плачем Тот факт, что все мы ничего не значим, Все постепенно отойдём во тьму, Что страсть, надежда, слава и богатство Уйдут гуськом в кладбищенское братство - В компанию к таланту и уму.
Заглохшей тропкой травяной Слова читать на камне плит Бывает, забредёт живой, Но мёртвым путь сюда закрыт. И вот гласит надгробный стих: «Те, кто сегодня средь живых, Вот эти надписи прочтут, Назавтра тоже будут тут».
Подумать только, как это трусы не боятся быть похороненными на кладбищах героев!
За каждого покойника мы ставим смерти плюс в виде кладбищенского креста.
Требование: «Живые, ведите себя тихо на кладбище – на это способны даже покойники!»
По кладбищу бродил вечернего порой, Как вдруг услышал вздох под каменной плитой, И череп так сказал источенному праху: «Не стоит этот мир соломинки одной!»
Мы – гости на пиру за призрачным столом, А впрочем, мы скорей на кладбище живем: При жизни роют нам безвременно могилу, А вырыв, говорят: «Живите, вот ваш дом!»
— Лучше бы встретились в Лувре, как в прошлый раз. Не люблю я кладбища. — У тебя есть на то причина. — На что вы намекаете? — Слишком многие попали сюда по твоей милости. Того и глядишь, встретишь кого-нибудь из старых знакомых. А покойники народ мстительный. — Мрачные у вас шутки.
Для чиновников идеальная картина – кладбище. Все на месте, и никто не двигается.
Вообще жаль, что советские капища вымирают. Хотя, с другой стороны, мы же все равно с удовольствием ходим на кладбища, в разрушенные храмы, церкви. В этом то же что-то есть. Мы тоже смотрим на разруху и ощущаем былое величие. Нового набираемся чего-то. Былых энергий.
Прилетят грачи, улетят грачи, ну а крест чугунный торчи, торчи, предъявляй сей местности пасмурной тихий свет фотографии паспортной. Каждый лёгкий вздох — это лёгкий грех. Наступает ночь — одна на всех. Гладит мягкая звёздная лапища бездыханную землю кладбища.
Прошёлся по кладбищу Монпарнас. Все — молодые и старые — строили планы на будущее. Больше не строят.
2024 © «Мебель-24» - Данный интернет-сайт носит исключительно информационный характер и ни при каких условиях информационные материалы и цены, размещенные на сайте, не является публичной офертой, определяемой положениями Статьи 437 Гражданского кодекса РФ. Наш сайт не осуществляет НИКАКУЮ продажу товаров. Наш адрес: РоссияПосмотреть на карте |
