Ренсом Риггз | 83 цитаты

Прошлое все-таки не такое ужасное, как будущее. Даже самый кошмарный период в прошлом хотя бы познаваем. Его можно изучить, мир его уже пережил. А в этом вашем настоящем реальность может в любой миг подойти к ужасному, катастрофическому концу.

Путешествия чрезвычайно важны для развития личности. Даже самый образованный человек без путешествий останется невеждой.

Ты, моя дорогая, можешь жить в мире фантазий, если тебе так хочется, но я — реалист.

Если даже такие изгои, как вы, не способны испытывать сострадание к другим людям, этому миру больше не на что надеяться.

У меня в животе возникло тошнотворное ощущение. Так, наверное, чувствуют себя дети, когда родители собираются сообщить им о разводе, но те знают об этом еще прежде, чем кто-то успеет открыть рот.

Ты ведь знаешь, как мир боится всего необычного. Именно поэтому он и представляет такую опасность для тех, кто отличается от других.

Может, они [родители] тебя и любят, но они никогда тебя не поймут.

Мир, в котором исчезнут хорошие манеры, не заслуживает того, чтобы его спасали.

— Не ворчи! Где твое хорошее настроение? — В стирке.

Если и проигрывать — так красиво!

Мне понравилась идея о том, что странности — это не изъян или недостаток, а напротив, дополнительные свойства. Это не нам недоставало чего-то присущего нормальным людям. Это они были лишены наших особенных качеств, то есть природа вовсе нас не обделила, а напротив, наделила с избытком.

Возможно, было бы лучше оставить несколько точек на карте неисследованными. Пусть мир хранит толику своей магии.

И вдруг я понял, стоя рядом с ней, дыша одним воздухом с ней и слушая ночную тишину, что это, вполне возможно, самые прекрасные слова в английском языке: «У нас есть время».

Мне следовало родиться в другом веке. Узнав, что опоздал, я почувствовал себя обманутым.

Не успел я принять тот факт, что меня ждет самая обыкновенная жизнь, как начали происходить совершенно незаурядные события.

Никто не способен ранить тебя так сильно, как люди, которых ты любишь.

— Прелестно, — вздохнул Миллард. — Импровизированное самоубийство.

Я не знал, что ему на это ответить. Как можно сказать «Мне очень жаль, что твой папа тебя не любил» собственному отцу? Я не мог этого сказать, поэтому просто пожелал ему доброй ночи и поднялся наверх.

Мне странно было думать о том, что, возможно, когда-нибудь у меня самого накопится целая пачка пожелтевших фотографий, которые я буду показывать скептически настроенным внукам, и собственный набор фантастических историй, которыми я смогу с ними поделиться.

Сколько звезд уже родилось, но их свет до нас еще не дошел? Если бы сегодня ночью погасли все солнца, кроме нашего, сколько сотен лет должно было пройти, чтобы мы осознали, что остались в одиночестве?

Чем больше лжешь, тем легче тебе это дается.

— Я не очень хорошо представляю себе, что делают нормальные люди. — Это несложно, — заверил ее я. — Ты научила меня быть странным. Может быть, я мог бы научить тебя быть нормальной. Во всяком случае, настолько нормальной, насколько нормален я.