Виктор Гюго

То, что от вас все равно не уйдет, не внушает вам ни малейшего желания торопиться.

Ближе всего к великому стоит честность.

Есть отцы, которые не любят своих детей, но не бывает деда, который не боготворил бы своего внука.

Нищета, почти всегда мачеха, иногда бывает и матерью. Скудость материальных благ родит духовную и умственную мощь; тяжкие испытания вскармливают гордость; несчастья служат здоровой пищей для благородного характера.

Нищета... Чудесное и грозное испытание, из которого слабые выходят, потеряв честь, а сильные — обретя величие! Это горнило, куда судьба бросает человека всякий раз, когда ей нужен подлец или полубог.

..побеждать мир дважды: силой оружия и ослепительным светом! Это ли не прекрасно? И есть ли что-либо прекраснее этого? — Быть свободным, — промолвил Комбефер.

Побеждать — глупейшее занятие. Не победить, а убедить — вот что достойно славы.

Мир — это спокойно перевариваемое счастье.

Человеческое тщеславие — игрушка для царей.

Белое всегда жестоко к белому.

У суеты есть изнанка и лицо. С лица она тупа — это негр в побрякушках, с изнанки глупа — это философ в рубище.

Некоторые мысли — те же молитвы. Есть мгновения, когда душа, независимо от положения тела, — на коленях.

Все виды человеческого счастья, даже грозное боевое счастье, — удел молодости. Победа всё-таки женщина.

А неизвестно, что мучительнее — чтобы кровь уходила капля за каплей или чтобы сознание угасало мысль за мыслью.

Будь сумасшедшим, если тебе так нравится... Это — право каждого из нас.

Влюбиться в Аполлона! Подумаешь, как это трудно! Мерило нашей славы — удивление, которое мы вызываем.

Отхаркнешься поучительным изречением — станет легче.

Когда смерть так близка, потолок над головой начинает казаться крышкой гроба

....удивляются только ограниченные люди.

Последствия великих событий неисчислимы.

Нас окружили вещи столь старинные, что они для нас полны новизны.

Инстинкт объединяет женщин гораздо быстрее, нежели разум — мужчин.

Мечтательное настроение чаще всего приходит, когда преследуешь хорошенькую женщину, не зная, куда она держит путь. В этом добровольном отречении от своей свободной воли, в этом подчинении своей прихоти прихоти другого, таится смесь какой-то фантастической независимости и слепого подчинения, — нечто промежуточное между рабством и свободою.

Окунувшись в грязь, женщина превращается в камень.

Всегда любите друг друга всей душой. В мире нет почти ничего, кроме любви.