Дин Винчестер

И вообще... болтать с посланником небес по сотовому такой же прикол, как крутой байкер на мопеде.

— Ты что-нибудь нашёл? — Да. Целую кучу ничего!

Я начинаю понимать, зачем родители лгут детям. Чтобы они верили, что самое страшное — смешать шипучку с кока-колой. Чтобы уберечь от настоящего зла. Чтобы они ложились спать в безопасности; и если для этого нужно лгать — пускай.

— Привет, Кроули. Как интриги? — Вне вашей компетенции работаем. Проекты серьёзные. Впрочем, вы будете чересчур мертвы, чтобы оценить.

Чем таким он тебя купил, что ты перед ним так стелешься? Чего предложил? Девочек, деньги, волосы?

— Она у нас теперь шизанутая маньячка? Зашибись. — Кто такая шизанутая маньячка? — Дамочка, которая гоняется с ножом за предметом обожания. <...> — Кас, как думаешь, Анна права? — Нет. Она... Шизанутая маньячка.

— В ваших мифах Купидонами ошибочно зовутся одни из низших ангелов. Если быть точным, он — херувим, ангел третьего класса. — Херувим? — Да. Их полным-полно по всему миру. — Ты про летающего карапуза в подгузнике? — Недержание им не свойственно.

— И ты рассчитываешь победить, малыш? — Нет. Но я псих и мне пофигу.

Солдат не перестает быть солдатом даже, когда ранен.

Надо уметь лягнуть задиру в помидоры!

— А у меня, значит, теперь права голоса нет? — Сэмми, вот доживёшь до наших лет... — Тебе тридцать, Дин!

— А ты собирался пристрелить безобидного старичка? — Я не знал, что это ты. Ты на себя в зеркало смотрел? Ты выглядишь как... — Та старушенция из «Титаника».

— То был не я. — Кто же её туда положил?

— Тут логово порока, мне здесь не место. — Друг, ты выступил против небесных властей. Пороки идут как бонус.

— Последняя ночь на Земле, как ты ее проведешь? — Я хотел посидеть тут, тихонько. — Друг, ты что? Подумай. Выпивка, девочки... — ... — У тебя ведь уже были женщины? Ну, или ангелы хотя бы? — ... — То есть ты никогда там, наверху, не орошал облака? — Случай не представился.

— Это настоящее оружие? — Да. Это настоящая каменная соль. И настоящие фальшивые удостоверения.

— Как спалось? — Загорел, отдохнул, готов к работе.

— Ребята, догоним его, вперед! Держи его! — Беги, Форрест, беги!

— Не хочется тебя расстраивать, но твой мишка болен. Да, у него... — Леденцовый недуг. — Леденцовый недуг. — Болезнь, нетипичная для медведя его размеров, но очень заразная.

Ща всех победим! Там ведь маленький нестрашный привиденчик, да?

— Нет, я это не возьму. Еще отстрелю себе что-нибудь!... Я — человек-фонарик!

— Пора восстановить историческую справедливость. — Чего-чего? — Ну вот смотри. Я вернулся из пекла без старых шрамов. Дырок от пуль как ни бывало и порезов нет, даже сломанные пальцы выпрямились. А кожа гладкая, как попка младенца. Из чего следует неутешительный вывод — моя девственность опять при мне.

— Боже, я убил шерифа! — Ничего, остался ещё заместитель.

— Ну и дылдой же ты стал, парнишка! Это ж сколько прошло? — Лет десять, наверное. — И все такой же... дай Бог памяти... ботаник? — Что? Нет. — Да-да, всем ботанам ботан.

— Тихо! Ща мы вас спасать будем! Кажется...