Док

Медицина стала величайшей любовью моей жизни, единственной богиней, которая была мне нужна и за которой я ухаживал… Правда, с тех пор много воды утекло...

Правда — это всегда хорошо. Даже когда колется. Человек должен знать о себе всю правду.

Скажешь человеку правду, и он тотчас чувствует к тебе антипатию. <...> Док не учился говорить правду, но теперь он знал, что правду любят немногие, что она — опасная возлюбленная.

— Да мы вас, придурков, должны выслеживать. Чтобы вы лишнего кого не убрали. Толпа имбецилов. Что, нельзя было сказать: «Уезжаем по делу»? Всё! Никаких вопросов. — Ну что, всё?! — Всё! — Поругался?! — Поругался! — Ну что, простили нас? — Простили... Здорова, мужики!

— А ты откуда вообще взялся такой, полковник? Мы тебя что-то в Чечне не видели. Док, а Док, ты с полковником Ермаковым в Афгане не встречался? — Я встречаюсь с особами исключительно женского пола.

Там, где неизвестность, предполагай ужасы.

Не надо со мной разговаривать в таком тоне! Я сам врач и рожаю не первый раз в этой жизни!

— Я уж думал, родина в нас больше не нуждается. — Главное, что мы в ней нуждаемся.

— Ну что, поехали? — Док, ты даже не спросил, куда, зачем... — Да главное, что опять с вами и опять в какое-нибудь дерьмо!