Леонард МакКой

Сострадание — это то, что не дано машине. Может, это единственное, в чём человек её превосходит.

— Умирать душой вместе с ближним... неужели вы нам такого пожелали бы? — Может, тогда ваша история была бы менее кровавой.

— Спок, я пока ещё не слишком много знаю о трибблах, но я обнаружил одну вещь. — Какую, доктор? — Они мне нравятся... больше, чем вы.

— Мне нужен совет. — Тогда мне нужно выпить.

Он много болтает, но мало говорит.

— Кажется, принцип случайности сработал в нашу пользу. — В переводе с вулканского английского — нам повезло.

— Капитану грозит профессиональная смерть, а вы тут сидите и играете в шахматы с компьютером? — Совершенно верно. — Мистер Спок, вы самый хладнокровный человек на свете! — Спасибо, доктор.

— Вы рассуждаете совсем как Спок. — Если вы будете меня оскорблять, я уйду.

— Джентльмены, вернувшись за мной, вы, вероятно, потеряли и без того небольшие шансы на спасение. Логичнее было бы оставить меня там. — Мистер Спок, позвольте мне сказать, что меня тошнит от вашей логики. — Очень нелогично.

Вы не собираетесь отвечать на мой вопрос?... Это тоже ответ.

— Трудно поверить, что можно умереть от одиночества. — Не трудно, если знаешь, что это такое.

— Вы в библиотеке? — Нет, мы в пустыне с арктическими характеристиками... — Здесь холодно!

Пять лет в космосе, помоги мне Господи.

Знаете, почему вы не боитесь смерти, Спок? Вы больше боитесь жизни.

— Спок, вы сердитесь или отчаиваетесь? — Эти эмоции мне не знакомы, доктор. Я просто проверял, крепка ли эта дверь. — В пятнадцатый раз.

— Логика и практическая информация здесь, видимо, неприменимы. — Вы это признаёте?! — Отрицать факты было бы нелогично.

— Вы знаете, что будет, если перекормить триббла? — Толстый триббл. — Нет. Целая стая маленьких голодных трибблов.

— Мне кажется странным, если человек никогда не улыбается, никогда не говорит ни о чем, кроме работы, и не рассказывает о своем прошлом. — Понятно. — Спок, я хотел сказать, что это необычно для невулканца. Вся разница в ушах. — Ваши аргументы страдают вопиющей нелогичностью. — ... он дважды не явился на назначенный мной осмотр без всякой причины. — Это меня не удивляет, доктор, он, наверное, боится ваших бус и трещоток.