Осаму Дадзай

Ты прав, люди грешны и глупы. Но что в этом плохого?

Я пытался покончить с собой. <...> Меня зовут Дадзай, Дадзай Осаму.

— Где ногу поранил? — Читал на ходу книгу «Как не пораниться из-за невнимательности» и угодил в водосток.

Ты можешь встать на сторону тех, кто помогает людям. Это как минимум чуточку прекраснее.

Ударь первым — победишь.

Смерть — не противоположность жизни, а лишь один элемент из бесчисленного множества. Нельзя познать жизнь во всех красках, если смерть не будет маячить поблизости.

В обычном Мире смерть далека от повседневной жизни. Но в Мире мафии смерть с рутиной идут рука об руку. И мне кажется, что так правильнее.

Если поставить себя в место, где много чистых эмоций, где контактируешь с насилием, смертью, чувствами и желанием, можно едва, но коснуться истинной природы человека. Я думал, что смогу... смогу найти причину, чтобы как-то продолжать жить.

Злые люди и от других ждут только зла.

— Где ногу поранил? — поинтересовался я, а сам подумал, что наверняка это было последствием жуткого кровопролития. — Читал на ходу книгу «Как не пораниться от невнимательности» и угодил в водосток. Причина оказалась на удивление банальной. — А руку? — Машина сбила с обрыва. — А лоб? — Опробовал способ покончить с собой, разбив голову об угол тофу. — Ты поранился о тофу? — Я приготовил его по оригинальному рецепту для придания твёрдости. Солью убрал влагу, придавил грузом… И всё на своей кухне. В итоге он стал таким плотным, что им можно было забивать гвозди, а я стал главным специалистом по приготовлению тофу во всей организации! Один из пяти главарей изучает тофуварение… Мелким скромным гангстерам не понять, что творится в головах большого начальства.

Ночь — хорошее время. Время Портовой мафии.

Сделай всего лишь лёгкое нажатие пальцем, и ты сможешь исполнить моё самое заветное желание. Я лишь боюсь, что ты можешь промазать.

— Очнулся, Одасаку? Как самочувствие? — Как будто у меня все похмелья за следующие пятьдесят лет одновременно.

Видимо, такова моя судьба — терять то, что я так долго искал, в момент обретения. К чему бы я не стремился, это лишь продолжит мои жизненные страдания.

Я выжил? Чёрт!

Ты не отказалась бы задушить меня этими нежными, хрупкими пальчиками? ==================== О! Как бы я хотел пасть от ваших прекрасных рук!

Требовать от мира справедливости значит держать в руке нож. Им можно только ударить, но нельзя никого защитить и спасти.

Те, кто считает, что идеальный мир существует, начинают ненавидеть тот, что не идеален, и приносят боль окружающим. Таким был Лазурный король. Во имя идеала справедливости у таких людей страдают всегда слабые, кто попался под руку. Требовать от мира справедливости значит держать в руке нож. Им можно только ударить, но нельзя никого защитить и спасти.

То, чем стоит дорожить, всегда исчезает раньше, чем успеваешь его заполучить.

Реально лишь то, что можно увидеть глазами, и даже оно пролетает мимо нас, едва задевая. Людям остается только хранить молчание перед лицом бездны, которая отделяет нас друг от друга.

Чем яростнее схватка, тем больше в ней будет убитых, которые останутся лишь числами в списке погибших. Кто-то умер вчера, кто-то умрет сегодня. Они запомнятся только как потерянные деньги и ресурсы. Не останется личности, души, ничего, чтобы почтить память мертвых.

Но в этом мире всё — убийство времени на пути к неминуемой смерти.

Люди и правда безобразно тупы. Но что в этом плохого?

Сударыня, вы само очарование, словно мимолетное цветение лотоса. Не хотите совершить со мной самоубийство?

Человек боится смерти, но в то же время его к ней влечёт. Она не перестаёт быть продуктом потребления как в реальном мире, так и в художественном. Это одно из событий в нашей жизни, от которого не сбежать.