Цитаты на тему «самосожаление»

Некоторым никогда не суждено стать героями.

Взгляните правде в глаза! Примите уже реальность! Хватить ныть о прошлых неудачах, прожигая свою так называемую «молодость»! До вас вообще доходит, как это бесполезно?!

— Мы убили их!.. — Нет, это я убил их. И это плохо. Потому что ты должен был их убить. Это не моя война — это твоя война. Моя война кончилась два месяца назад. И если ты собрался в Достоевского играть, то я ухожу.

После плохих событий люди обычно прокручивают их в голове, жалея, что не поступили иначе.

Однажды я чуть было не издал книгу в жанре полезных советов. Она называлась бы «Стивен Фрай — о том, как стать счастливым: успех гарантирован!». Люди, купив ее, обнаруживали бы, что она состоит из пустых страниц, и только на первой написано: «Перестаньте себя жалеть — и вы будете счастливы». А остальные страницы предназначены для рисунков или записи интересных идей, — вот какая это была бы книжка, причем чистая правда. Так и хочется воскликнуть: «О, как все просто!» Но нет, на самом деле перестать себя жалеть вовсе не просто, это чертовски трудно. Потому что нам всегда себя жаль, в конце концов, вся Книга Бытия ровно об этом.

Воин себя не жалеет. Себя жалеет раб.

Ах как я корил себя потом за эту ошибку! За день, прошедший быстро и интересно… За упущенное время. Но мне было в тот день так славно, жизнь казалась такой яркой…

— Зато ты получишь то, чего всегда хотел. — И что это? — Ты дважды пытался повеситься, а теперь король это сделает за тебя. — Что я за идиот? Я ничего не ценил, Джон. — Ты что, расклеиваться вздумал? — Рисование. Раньше я неплохо рисовал. Зря я не слушал в школе. — В какой школе? Ты там не появлялся. — Я рисовал лошадей. Жеребцов. Здоровенных, они были как живые. Я многого не сделал в жизни. Хорошего. Ада была права. — Успокойся, никто тебя не повесит. — Кто сказал? — Томми. — И как этот Гудини освободит меня от кандалов?

— Почему эта женщина всюду сеет смерть? — Потому что она призрак. Потому что она умерла несколько раз. Она сумасшедшая. Она выжила в бойне, где погибли ее родители. Выжила, когда священник, отказавшийся от сана из любви к ней, хотел ее убить за измену. Она выжила, когда ее первый муж повесил ее на дереве, потому что обнаружил на ее плече клеймо — знак гулящей девки. — Как мужчина мог такое сотворить с женщиной? — Этим мужчиной был я. Шарлотта де Брейль, урожденная Баксон, была графиней де ля Фер. После вышла замуж за милорда Винтера. Она была моей женой, единственной женщиной, которую я любил. Единственной женщиной, которую я люблю. До сих пор. Мир этой женщины полон насилия, в нем нет места ни вере, ни закону. Она манит за собой, как и другие я пошел за ней. Вино позволяет мне забыть тот стыд и то отвращение к самому себе. Шарлотта отобрала у меня все. Все, кроме жизни. Чтобы я сожалел о моей любви к ней до последнего вздоха.

Не жалей себя. Если начнёшь барахтаться в жалости к самому себе, жизнь станет бесконечным кошмаром.

Кто вспыльчиво руку заносит с мечом, Грызет тот, раскаявшись, руки потом.

Не жалеть себя! Все, что я жалею, рано или поздно отправится на корм червям. А то, что вечно, рождается именно там, где заканчивается саможаление. Чтобы я стал лучше, меня надо непрерывно пинать, не забивая при этом насмерть.

Если любишь другого больше себя, то что в его поведении может тебя расстроить? Саможалению некуда просунуть свое свиное рыльце и заявить, что тебя обделили, недожалели, недообнимали, недоодарили!

Не в первый раз и не в последний раз страдаешь ты... Уймись, займись трудами, и ты поверь — не лучше прочих рабств быть в рабстве и у собственных страданий. Не в первый раз и не в последний раз ты так несправедливо был обижен. Но что ты в саможалости погряз? Ведь только унижающий — унижен. Безнравственно страданье напоказ - на это наложи запрет строжайший. Не в первый раз и не в последний раз страдаешь ты... Так что же ты страдаешь?

Пожалеть себя всегда приятно. Всех послушать — каждый чуть не свят. Пожалей траву, когда примята. Не жалей себя, когда ты смят.

Плачут не от печали, как хочется и принято думать. Плачут всегда от ярости, от уязвлённого тщеславия, от безудержной жалости к самому себе.

Ирония – это сострадание к самому себе.

Но плакать о себе — какая ложь! Как выберешь ты, так и проживешь. Так научись минутой дорожить, Которую дано тебе прожить, Не успевая все пересмотреть, В которой можно даже умереть, Побольше думай, друг мой, о себе, Оказываясь в гуще и в гурьбе, Быстрее выбирайся и взгляни Хоть раз — не изнутри — со стороны.

Люби других, тогда у тебя не будет времени жалеть себя.

Когда перестаешь бездарно убиваться и начинаешь думать, тут же становится легче.

Люди всегда находят причину пожалеть в первую очередь себя, любимого, а не другого человека, которому может быть несоизмеримо тяжелее...

Когда знаешь, что ни у одного тебя на свете есть проблемы, то сразу же пропадает желание забиться в угол и жалеть себя.

Я стараюсь по-максимуму использовать настоящий момент, но я — королева самобичевания, вечно пытаю себя до боли в животе всевозможными «почему я не сделала того, почему не сделала этого». Пытаюсь заглядывать вперед: мне сильно повезло, я могла бы не работать, однако занимаюсь тем, что люблю. Я не имею права на высокомерие. Не смертельно, если я бываю неправа, если упускаю что-то или, напротив, делаю, а позже жалею. В такие моменты сомнений и беспокойства я говорю себе: в 80 лет, когда у меня не будет ни одного зуба, что же останется? И отвечаю — это люди, которых я ношу в сердце.

Слёзы, которыми плачешь по себе, ядовиты.

— Тогда почему он больше не дал? — Потому что жалко. Для калеки всегда денег жалко. Мол, ей уже всё равно на мир не смотреть, а он молодой, ему ещё жить, да жить, себя радовать.