Питер Блад

Да, и я хочу вам дать совет, Лавасер! Возвращайтесь во Францию, женитесь на какой-нибудь фермерше и разводите коров, что ли... Морское дело не для вас, поверьте мне!

— Совершенно верно, медицина — моё призвание, но, к сожалению, жизнь часто заставляла меня становится солдатом. — Возможно, Вы ещё расскажете мне о своей жизни... — Конечно! Если не умру.

— Разве вы не участвовали в восстании? — Всё моё участие свелось к тому, что я помог раненому. — Вы что, врач? — К сожалению, сударыня, я практиковал в Бриджуотере. — Но это же подлость! — Сегодня подлостью в Англии никого не удивишь, она даже сидит на троне!

...моя цена — ровно десять футов. Именно такую сумму ваш дядя уплатил за меня. Не всякий человек имеет подобную возможность узнать себе цену.

Гуманность проявляется не только в разумных поступках. Иногда лучше ошибаться во имя гуманности, даже если эта ошибка, пусть даже в виде исключения, объясняется состраданием.

Несправедливость, совершенная любым королевским слугой, в известной мере бесчестит самого короля.

Человек — это не венец природы, а ее отвратительнейшее создание, и только идиот мог избрать себе профессию целителя этих созданий, которые заслуживали уничтожения.

Что же это такое?! Либо она мегера, либо я болван! Пожалуй, и то и другое справедливо...

Человек должен уметь иногда посмеяться над собой, иначе он сойдет с ума. Об этом, к сожалению, знают очень немногие, и поэтому в мире так много сумасшедших.

Поспешность никогда к добру не приводит.

— Неужели жизнь так же грустна и в других местах? — Ее делают такой люди.

Тюрьма остается тюрьмой, даже если она очень просторна, и у нее нет стен и решеток.

Любой человек, если он не идиот или не дикарь, прежде чем посылать человека на виселицу, спросил бы его фамилию.