Уэс Митчелл (Wes Mitchell)

— Почему ты ешь перед моим носом? Почему ты ешь перед моим носом!? Я очищаюсь, не забыл? — Просто, это вкусно. Как кстати, помогает? Чувствуешь, как в тебе просыпаются сверхсилы? — Я чувствую сверхголод...

— Вы кто такие? — Мы? Полиция сайта знакомств! И мы проверяем, достоверную ли информацию выкладывают наши клиенты на сайте. Так же? Не, ну так, нет? — Да, многие сайты выслеживают лжецов, и мы гордимся нашей безупречной честностью! — Вы что, серьезно? — Хочешь знать, серьезно ли все это? Вы согласились с условиями регистрации на сайте. Вы же читали их, так ведь? — Да бросьте, их же вообще никто не читает! — Не читали условия!? — Нехорошо, нехорошо, нехорошо. Он просто нажал на кнопку. Выбирай, либо говоришь правду сейчас, либо мы проводим воспитательную беседу. — В школе я изучал только французский! Я ненавижу музеи, и я зарегистрировался только ради секса, моя жена не дает мне!

— А вы кто? — Его мама. — Вообще отпад, он с мамой живет — это объясняет всю чушь в его профиле. — Ну конечно, смеетесь? Не могу дождаться, когда этот нахлебник свалит отсюда. Я и на сайте знакомств его зарегистрировала, чтобы он поскорее вымелся из моего дома.

— Неважно, кто побежал первым, невиновные не убегают от копов. — Еще как убегают, когда видят двух верзил с пушками, которые собираются выбить дверь. Вы смотрелись очень устрашающе! Но вблизи вы оказались очень даже милыми.

— Ты же видел гонщика, его рост от силы 1,80 м, а в профиле все 1,90 м. — Да брось, чувак, все преувеличивают. — Не вижу смысла. Все ведь однажды раскроется, так зачем лгать?

— Так это ты, крошка? Привет, как ты? Майло, какая симпатичная девочка. — Может, угостишь ее кофе?

— Признай, мы заблудились! — Мы не заблудились! — Вот для чего изобрели GPS. — Люди жили как-то и без GPS, разве нет? — И без пенициллина тоже, только недолго!

— Вы украли деньги у техасского контрабандиста! — С оглядкой на прошлое — да, поступок глупый. — Зачем оглядываться? Поступок сразу был глупый. — Ладно, признаю, это было огромной ошибкой, я хотел их вернуть, но уже отдал их Оливии. Я не знал, куда она их дела. — Вы ужасный бухгалтер.

— Никогда не видел машину с таким большим пробегом в таком хорошем состоянии. Кто больше на ней ездил? — Он. — Я. — Если он заботится о вас также, как об этой машине — вы счастливая женщина. — Мы больше не женаты. — Ладно... Ничего хорошего не выходит из этих светских бесед.

— Вы нужны мне больше, чем я вам. Тревис мне тоже нужен, он тот, кому группа доверяет. Он всем нравится. — Так, секунду, Тревис всем нравится? — И это хорошо. Но группе также нужен и тот, кто говорит то, о чем другие не говорят из страха или вежливости. Не будет застоя. — То есть, я нужен вам, потому что я кретин? — Честно? Да.

— Почему вы этим занимаетесь? Вы могли бы сейчас сидеть в Беверли-Хиллз и получать пять сотен в час. — Вам я могу задать тот же вопрос. Отказавшись от больших денег, вы предпочли работу копа. — Ну, видимо, мы оба чокнутые.

— По ее виду и не скажешь, что она пролетела десять этажей. — Прыгуны, как овощи в кляре — с виду целые, а внутри овощное рагу. — Вот жаль доктор Райан не слышит твои чувственные сравнения.

— Говорить буду я, не будем спорить при окружном прокуроре. — Идея отличная, но говорить буду я. — Даже об этом спорим...

— Кто-то надушился одеколоном? — Да, не подносите к нему спички. Тревис хочет поразить доктора Райан.

— Понимаешь, ты перекрыл дорогу, а кому-то может нужно проехать. К тому же, у тебя нет маленькой специальной таблички, ну знаешь, такая маленькая, голубенькая с инвалидным креслом. — Вот моя табличка! [грабитель достает пистолет] — Ах ты ж, черт, а я думал, у тебя ее нет... Вероятно, мне следует вызвать полицию. [Уэс достает свой пистолет] Опа, а вот и она!

— Слушай, Джинель, если бы ты собиралась убить Трэвиса... — Вау! — Тебе уже нравится! Как бы ты это сделала? Просто я много размышлял об этом, подумывал, что мог бы придушить его, а потом повесить, чтобы все выглядело как самоубийство. — Да, но лучше было бы его отравить. Инсулин или хлористый калий — их нельзя обнаружить. — Знаешь, если я вдруг умру, первым за кем придут — будешь ты, Уэс. — А он прав, лучше всего вообще не оставлять тело. — Верно, нет тела — нет дела. Затолкать в бочку с кислотой или сначала порубить на кусочки? — Тебе пришлось бы как следует порубить его. — Ладно, я придурок. — Он что, только что признал, что он придурок? — Он проходит курс терапии.

— Ты в порядке? — Да, я держал все под контролем. — Ты прятался за пирожными!

— Не понимаю, почему он его так любит? — Он кобель. Видит в нем собрата.

— Ты же знаешь, что я ненавижу, когда ты встречаешься с кем-то на работе. — Но она горячая штучка, скажи, а? Горячая? — Блеск! — Ну, а где мне еще знакомиться? Все, кого я встречаю — мертвы, подозреваемы, либо арестованы. Ну не будь букой, может, она та самая. — Ага, на этой неделе.

— Ты был хорошим адвокатом. — Хорошие полицейские нужны людям больше, чем хорошие адвокаты.

— Жертва белый мужчина, имя неизвестно. На руках следы сопротивления, колото-резаные раны на груди и шее. Похоже еще один бездомный наркоман, решивший здесь ширнуться. — Интересная теория, вот только этот парень был убит не здесь. Он лежит на животе, но эта синеватая область на спине указывает на то, что тело сюда перетащили. Он не бездомный, на нем модные современные джинсы и еще, взгляните на его ногти — маникюр. Но в одном ты прав, это действительно белый мужик. Так держать, Флэш, скоро ты станешь настоящим детективом! — Слушай, как ты с ним работаешь вообще? — Один терапевт сказал, что меня привлекают садо-мазохистические отношения.

— Невероятно! Ты ей нравишься. — Я всем нравлюсь. — Ты даже обдолбышам под экстази не нравишься.