Цитаты на тему «Нью-Йорк»

Бедствовать в пасторальной Пенсильвании — отнюдь не то же самое, что бедствовать в Нью-Йорке.

Цель их правления — грабеж; в их сундуки потоком стекаются все доходы. Всякий посторонний человек, являющийся в их город, достигает успеха лишь в том случае, если потакает их интересам, и неминуемо обречен на неудачу, если не даст использовать себя им на пользу. Крупный издатель, популярный епископ — это люди, проповедующие их доктрины; знаменитый государственный деятель — это человек, составляющий угодные им законы, хороший юрист — это юрист, который помогает им обманывать публику.

Город, управляемый могучей силой — силой денег, главную роль здесь играли знаменитые богатые семьи, которые несколько поколений подряд держали власть в своих руках и привыкли рассматривать город со всем его многомиллионным населением как свою родовую вотчину. Они им полностью владеют — он весь зажат у них в кулаке.

В Нью-Йорке ничего не добиться, если не идти напролом и не захватывать все, что можешь. А иначе люди будут пользоваться вами для своей выгоды.

Нью-Йорк. Пожалуй, единственный город в мире, способный составить конкуренцию Парижу в смысле полнейшей непохожести на него.

— Ты впервые в городе? — Я видела почти все фильмы Вуди Аллена, это считается? — Нет, в них нет запаха мусора и разбитых надежд.

Мне нравится это в Нью-Йорке. Час назад я гнала от дверей своей квартиры торговцев наркотиками. Потом шла по пропахшим мочой улицам, спускалась в мерзкую подземку и через пятнадцать минут я оказываюсь здесь [в ресторане], — она указала на женщину в платье с большим декольте (щедро открытое, оно позволяло ей демонстрировать бриллиантовое ожерелье), — и вижу все это.

Великая тайна Манхэттена: когда начинается дождь — все такси куда-то исчезают.

Если Нью-Йорк — это город, который не спит, то Лос-Анджелес — город, вечно вырубающийся на диване.

Проклятый Нью-Йорк. То сто лет никого не видишь, а то сталкиваешься по два раза на дню.

Такой наш Нью-Йорк — из грязи в князи и вдруг обратно. Только и надежды, что увидеть звёзды перед тем, как подохнуть.

На улице падал маленький неслышный дождь. Но если бы даже была гроза с громом и молнией, то и ее не было бы слышно. Нью-Йорк сам гремит и сверкает почище всякой бури. Это мучительный город. Он заставляет все время смотреть на себя. От этого города глаза болят. Но не смотреть на него невозможно.

Найти достойную квартиру в Нью-Йорке... так же сложно, как и достойного спутника.

— Вот и он, самый счастливый одноногий миллионер Нью-Йорка. — Всем миллионерам чего-то недостает — кому ума, а кому сердца.

Жителей Нью-Йорка угрозы и опасности подстерегают на каждом углу.

Когда ночью летишь над Нью-Йорком, кажется, что под тобой миллионы звёзд. И каждая из них — это жизнь человека, который называет этот город домом. Отец говорил мне, что с древних времён люди смотрели на звёздные узоры и пытались по ним предсказать, что произойдёт в жизни, и если ты умел читать эти узоры, то мог узнать узнать о том, что случится, раньше, чем остальные.

— Пива хочешь? — Лиа, сейчас же одиннадцать утра! — Я живу по Нью-Йорку. — В таком случае шесть утра.

Нью-Йорк, возможно, это единственный город, который в действительности выглядит лучше, чем на открытках.

— Ты молодец, ты всю жизнь занималась творчеством, не скрывала свою ориентацию и переехала в Бруклин раньше остальных. — Я переехала в Бруклин, потому что Манхэттен стал мне не по карману. А теперь и Бруклин мне не по карману, а все из-за бородатых торговцев сыром и женщин, похожих на Маколея Калкина.

Все-таки великолепен этот город – он макиавеллиевский по природе своей. Люди почти не обременяют тебя довершениями, завершениями, свершениями, вообще редко бывают последовательны – и нарочно выкручиваться незачем, тебя просто несет потоком нью-йоркской жизни. Изо дня в день Нью-Йорк подтачивает своих обитателей великим потопом, и только сильнейшим – волевым наследникам Спартака – хватает сил не просто не утонуть, но держаться курса. Касается и работы, и личной жизни. Спустя какую-то пару месяцев почти все оказываются в далекой дали от места назначения, застревают в колючих кустах посреди трясины, хотя направлялись прямиком к океану. Кое-кто попросту тонет (садится на наркоту) или выползает на берег (переезжает в Коннектикут).

Он не мог не поморщиться при воспоминании о том, как тогда замер и во всеуслышание объявил: — Нью-Йорк, я люблю тебя. Любить? Никогда. В лучшем случае это было слепым увлечением. И после трех месяцев, прожитых вместе с его воплощенной страстью, после стольких дней и ночей, проведенных с нею и только с нею, та утратила даже ауру былого великолепия. Нью-Йорк был просто городом. Может быть, столицей городов. Столицей — буквально. Он видел ее утром просыпавшейся, как шлюха, и выковыривавшей трупы убитых из щелей в зубах и самоубийц из спутанных волос. Он видел ее поздно ночью, бесстыдно соблазнявшей пороком на грязных боковых улицах. Он наблюдал за ней в жаркий полдень, вяло и безразличной к жестокостям, которые каждый час творились в ее душных переходах.