Айзек Азимов

Научно-фантастические истории могут казаться банальными слепым критикам или философам, но фантастика играет ключевую роль в спасении человечества, если нас вообще еще можно спасти.

Трудности исчезают, когда ты встречаешь их лицом к лицу, в открытом бою.

Я не знаю точной даты своего рождения. Я родился в России вскоре после революции — царил хаос, никто никого не регистрировал, и несмотря на то, что, конечно, у меня есть день рождения, я совсем не уверен в том, что я родился именно в этот день.

Провал номер один – смерть. Наша смерть, смерть наших близких делает человеческий разум беспомощным. Мы спасаемся от этой беспомощности благодаря религии, ценностям, которые ставим выше собственного существования, ищем жизнь после смерти – и все равно конечность нашего существования остается настолько могущественным фактором, что она накладывает отпечаток на все сферы человеческого духа.

Если бы был создан робот, способный стать общественным деятелем, он был бы самым лучшим из них. По законам робототехники, он не мог бы причинять людям зла, был бы чужд тирании, подкупа, глупости или предрассудков.

Куинн не баллотировался на выборные должности, не охотился за голосами, не произносил речей и не подделывал избирательных бюллетеней. Точно так же, как Наполеон сам не стрелял из пушки во время битвы при Аустерлице.

Три закона робототехники совпадают с основными принципами большинства этических систем, существующих на земле. Конечно, каждый человек наделен инстинктом самосохранения. У робота это Третий закон. Каждый порядочный человек подчиняется определенным авторитетам, исполняет законы, следует обычаям, соблюдает приличия, даже если они лишают его некоторых удобств или подвергают опасности. У роботов это — Второй закон. Кроме того, предполагается, что каждый хороший человек должен любить своих ближних, как самого себя, рисковать своей жизнью ради других. Это у робота — Первый закон. Попросту говоря, Если Байерли исполняет все законы робототехники, он — или робот, или очень хороший человек.

Любая нормальная жизнь сознательно или бессознательно, восстает против любого господства. Особенно против господства низших или, предположительно, низших существ.

У фирмы был неписаный закон: «Ни один служащий не совершает дважды одну и ту же ошибку. Его увольняют после первого раза».

Я не хочу сказать ничего обидного, но поглядите на себя! Материал, из которого вы сделаны, мягок и дрябл, непрочен и слаб. Вы периодически погружаетесь в бессознательное состояние. Малейшее изменение температуры, давления, влажности интенсивности излучения сказывается на вашей работоспособности. Вы — суррогат! С другой стороны, я — совершенное произведение.

В мире, созданном господином, есть место для всех. Для Вас, бедных людей, тоже есть место. И хотя оно скромно, но если вы будете вести себя хорошо, то будете вознаграждены.

— Теперь слушай. Начнем с трех основных законов роботехники, — трёх правил, которые прочно закреплены в позитронном мозгу. <...> Первое. Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред. — Правильно. — Второе, — продолжал Пауэлл. — Робот должен повиноваться командам человека, если эти команды не противоречат Первому Закону. — Верно. — И третье. Робот должен заботиться о своей безопасности, поскольку это не противоречит Первому и Второму Законам.

Насилие — последнее убежище беспомощного.

Всегда старайся сначала подумать, а потом лучше промолчи.

Как и у тебя, все началось с женщины. Такое совпадение не случайно; если хорошенько подумать — оно почти неизбежно.

Неужели найдутся дураки, которые поверят бахвальству человека, расхваливающего собственную продукцию? Неужели он сознается в её недостатках или воздержится от преувеличений?

Никогда не позволяйте морали удерживать вас от правильных поступков.

— Смотри, перед нами Земля, — сказала Нойс, — но не вечный и единственный приют человечества, а всего лишь его колыбель, отправная точка бесконечного приключения.

Ты так мучился и страдал. А в любви всё очень просто. Надо только спросить девушку. Так приятно любить и быть любимой. Зачем же страдать?

Разве есть в жизни что-либо более прекрасное, чем поиск ответов на вопросы?

Самый беспомощный и потерянный человек — это тот, кто заблудился в коридорах собственной памяти — туда никто не может добраться, чтобы спасти его.

Земля на редкость провинциальна. Восемьсот городов с восемью миллиардами жителей, все интересы которых касаются только восьмисот городов с восемью миллиардами жителей.

Если читать Библию внимательно, то убедишься в правоте атеизма.

У людей есть тенденция хвалиться, что они лучше соседей, что их культура древнее и выше, чем на других планетах, что всё хорошее в других мирах заимствовано у них, а плохое искажено и испорчено при заимствовании, либо изобретено где-то в другом месте.

Насилие — последние прибежище некомпетентности.