Терри Пратчетт | 1292 цитаты

– Сэмюель Ваймс! Ты пьян! – Пока нет! Но еще не все потеряно!

Никто не пьет так, как стражник, который видел слишком много, чтобы оставаться трезвым.

На самом деле в данный момент большая часть его медленно растворялась в лучшем виски Джимкина Пивомеса.

Лабиринт в дворцовых парках был настолько маленьким, что можно было заблудиться, пытаясь отыскать его.

Боги для гномов – своего рода сверхъестественный эквивалент каски. Кроме того, приятно крикнуть что-нибудь богохульное, когда ты засадил себе по пальцу восьмифунтовым молотом. Только убежденные атеисты могут прыгать по мастерской, зажав руку под мышкой, и орать что-нибудь вроде: «О, случайная флюктуация пространственно-временного континуума!» или «Вот чертова примитивная и устаревшая концепция!».

Если бы Создатель сказал свое фирменное «Да будет свет!» в Анк Морпорке, никуда дальше он бы не продвинулся, потому что местные жители не отпустили бы его, пока не узнали, какой именно это будет свет, насколько он будет ярким и какого оттенка.

Честные люди начинают кланяться и приседать только потому, что чей-то дедушка был более кровожадным гаденышем, нежели их предок.

– Гордость – это, конечно, здорово, – объяснил он, – но колбаса есть колбаса.

Наемный убийца, совершивший убийство, которое ему никто не оплатил, покрывал себя несмываемым позором.

Я страдаю хронической разумностью.

Если задуматься, когда какой-нибудь стражник умирает, на его похороны приходят только стражники.

Хорошие башмаки служат долгие годы – вот в чем дело. У человека, который может позволить себе выложить за пару башмаков целых пятьдесят долларов, ноги остаются сухими и через десять лет, тогда как бедняк, у которого просто нет денег и который покупает самую дешевую обувку, за тот же период времени тратит на башмаки сотню долларов – И ВСЕ РАВНО ХОДИТ С МОКРЫМИ НОГАМИ.

Ваймс хотел было возразить, сказать, что ему НРАВИТСЯ шататься по темным мокрым улицам, но потом передумал. На самом деле не больно-то это ему нравилось. Просто ничем другим Ваймс не пробовал заниматься. А о своем значке он думал, как, допустим, о собственном носе. Без особой любви, но и без особой ненависти. Есть и есть…

Ваймс согласился принять новобранцев только потому, что знал: скоро эта проблема ляжет на другие плечи.

К людям, занимавшим высшее положение в обществе, Ваймс всегда относился с едва скрываемой неприязнью – от женщин у него болела голова, а при виде мужчин чесались кулаки.

«19.00–19.05. Быть веселым и раскованным, улыбаться людям».

Прошлое кивнуло, улыбнулось и зашагало дальше, в будущее.

Людям необходимо броуновское движение общества – оно кидает нас из стороны в сторону и тем самым постоянно напоминает нам, что мы… э э… по-прежнему человеки.

Большинство ведьм вообще не верят ни в каких богов. Они, конечно, знают, что боги существуют. Мало того, время от времени им даже приходится иметь с ними дело. Но вот верить... Нет, в богов ведьмы не верят. Слишком уж хорошо они знают этих самых богов. Это все равно что верить, например, в почтальона.