Последний герой

Аркканцлер Чудакулли решил, что команда нуждается в тщательной тренировке. В ответ Думминг Тупс сказал, что команда отправляется в неизведанное, а Чудакулли сказал: в таком случае тренировка должна быть не менее неизведанной и неожиданной. А Ринсвинд сказал, что они идут на верную погибель, а на верную погибель способен любой без какой бы то ни было тренировки.

Ринсвинд долго рассматривал эмблему. Ничего подобного у него никогда не было. Впрочем, неправда... Однажды ему подарили значок, на котором было написано: «Привет, сиводня мне есполнилось 5». Худшего подарка и представить себе невозможно — в особенности если тебе исполнилось шесть. Тот день рождения был самым поганым в его жизни.

Но тут встает один простой вопрос: когда ты добился всего, чего ты будешь добиваться дальше?

— А ты как поживаешь, Коэн? — спросил Злобный Гарри. — Слышал, ты императором заделался? — Звучит неплохо, а? — мрачно откликнулся Коэн. — Но знаешь что? Скучно. Все ползают вокруг тебя, раболепствуют, драться не с кем, а от мягких постелей начинает болеть спина. Куча денег, и не на что их потратить, кроме как на игрушки. Эта треклятая цивилизация высасывает из тебя жизнь.

— Только не мастера, милорд, — твердо сказал он. — Мне нет нужды в людях, которым ведомы пределы возможного.

— Тогда зачем? Они хотят рискнуть в последний раз? Ради чего? — Я тоже не могу этого понять, сэр. У них было всё... — Само собой, кивнул патриций. — Но всё — это так мало.

Лорд Витинари, несмотря на все полученное образование, умел думать как инженер. Если хочешь чего-то добиться, найди нужную точку и приложу минимум усилий для достижения максимального результата. Если точка находится между ребрами, используй кинжал; если эта точка — меж двух воюющих стран, прибегни к помощи армии. Главное — отыскать точку, которая является ключом решения всех проблем.

Ему не нравилось жить в мире героев. Строишь-строишь цивилизацию, а потом появляется какой-нибудь герой и...

— Мы что, должны спасать мир для всех? — уточнил господин Боггинс. — И для всяких чужеземцев тоже? — Боюсь, что да, — кивнул лорд Витинари. — Нельзя спасать только те его части, которые нам особенно нравятся...

К верующим могут относиться и сами боги. Боги верят в веру.

Последний герой должен вернуть то, что было украдено первым.

А никто и не говорил, что мечта должна быть разумной.

Некоторые люди глупы, а потому абсолютно уверены в себе. Но Леонард был уверен в себе совсем по другой причине — просто ему ни разу не представилось доказательств обратного. Он со спокойной душой шагнул бы с крыши высоченного дома, намереваясь решить проблему приземления в момент возникновения оной. И знаете, скорее всего, он бы эту проблему решил.

— Он сражался с чудовищами, свергал тиранов, похищал редчайшие драгоценности, спасал девиц, — расплывчато объяснил господин Лучше. — Словом, много всего геройского совершил... — Но кто определяет чудовищность чудовищ и тиранство тиранов? — спросил лорд Витинари голосом, вдруг обретшим остроту скальпеля, который не столь смертоубийственен, как меч, зато впивается в самые интимные места. — Ну, полагаю... сам герой.