Дэймон Сальваторе

Она знает, как эффектно появиться.

– Что случилось? – Кэтрин случилась.

– У неё есть полное право ненавидеть меня, но она помогла Стефану спасти меня. – Почему ты так удивлён? – Она сделала это ради тебя. А значит, где-то между делом, ты решила... что я достоин спасения. И я хотел... поблагодарить тебя. За это.

– Что ты тут делаешь? – Неудачная попытка сделать что-то правильно.

– Я приехал в этот город, желая уничтожить его, а сегодня... я понял, что хочу защитить его. Как это случилось? Я не герой, Елена. Я не хороший. Во мне этого нет. – А может, есть? – Нет. Нет, это удел моего брата. И твой. И Бонни.

Я понял: я лучше и сексуальнее тебя, и теперь, когда Кэтрин нет, ты боишься, что я всё своё внимание обращу на Елену. Но не волнуйся – Елена не Кэтрин.

– Ты меня не слышал? – А? Что? У тебя нет чувства юмора, Стефан. – Вообще-то, я не понимаю только юмор Деймона. – Юмор Деймона?

– Бонни обезвредила изобретение Гилберта, Изабель уехала... и это День Основателей. Поем сладкую вату, украду твою девушку. – Не начинай. – Ты первый начал, Стефан. «Я тебе не доверяю», «оставь её в покое». Я наслаждаюсь этим.

– Ты не знаешь. – Нет, я говорю тебе правду. – И я тебе верю. Моя дорогая милая Бри, вот почему мне почти жаль. [Деймон вырывает сердце у Бри]

– Допустим, я происхожу из рода Кэтрин – значит, я частично вампир? – Вампиры не могут производить потомства. Но нам нравится пытаться.

– Как ты можешь есть, если формально ты... – Мёртв. Не бойся этого слова. Пока я придерживаюсь здоровой... кровяной диеты... моё тело функционирует... вполне нормально. – Красиво говоришь. Хоть что-то из этого правда?

– Что случилось? Ты в порядке? – Нет, не в порядке. Я сидел в засаде, в меня стреляли. Теперь я жажду мести.

Кэтрин никогда не внушала мне, я знал всё. Каждый шаг. Для меня это было по-настоящему.

– Почему ты так себя ведёшь? Я так мила с тобой, я сделаю всё для тебя. Это просто глупое ожерелье. – Нет. Ты единственная глупая вещь. Поверхностная. И бесполезная.

– Тебе весело? – Мой кристалл у тебя? – Нет. – Тогда мне не весело.

– Тебе лучше уйти. Я разберусь с этим. – Это ты сделал. Это ты виноват. – К сожалению, ты меня с кем-то путаешь. Всё это не важно. Всё это. – Вокруг тебя люди умирают, как это может быть неважным? Это важно, и ты знаешь это!

– Мне нужен кто-то, чтобы сопровождать меня на Бал Основателей. – С удовольствием. – Сочту за честь. – Благородные братья Сальваторе оба приходят мне на помощь. Кого же мне выбрать?

– Ну а мне это ещё больше нравится. – Как так, мисс Кэтрин? – Теперь у меня есть вы оба, чтобы развлекать меня.

– Они продлили твой отпуск? – Здесь слишком весело, чтобы возвращаться на фронт. – Твоя преданность конфедерации воодушевляет.

Что стоишь? Эта девушка определённо хочет, чтобы за ней побегали.

Чувство вины... Мне не знакомо, но я слышал: оно сильно раздражает.

— Внутри меня скрывается тьма, брат! И весь этот свет просто мешает мне стать таким, какой я на самом деле. — Каким же? Безрассудным, коварным, эгоистичным? — Похоже на правду... — Да... Так и есть...

— Я же всегда поступал неправильно по правильным причинам. — И это постоянно тебе сходило с рук. — Поэтому мы отличная команда. Я все порчу, ты всех спасаешь.

Есть кое-что, что я хочу, чтобы ты знала. Ты — ужасный друг. Знаешь? Ты представляешь, через что бы я прошел, если бы ты сегодня умерла?! Годы вины... Огромная саморазрушительная вина... Не говоря уже о возмущении, которое я бы почувствовал, если бы я был вынужден искать нового друга-пьяницу.

— Выпьешь? — Я на двадцать восьмой неделе. — Это да или нет?