Леонард Хофстедер

— Знаешь, меня всегда волновала одна деталь по поводу Аквамена! — Что такое? — Где вот он какает? А?

— При условии, что миром правит разумный гигантский бобёр, какой продукт питания исключается из употребления? — А... Может быть, бутерброды из бобров? — Леонард, соберись, у нас серьезная игра. — Ну, сейчас придумаю. Бобры едят кору деревьев, а люди употребляют в пищу только один вид коры — корицу, так что мой ответ — корица. — Неверно. Очевидный ответ — датская ватрушка с сыром. — Почему? — В мире, управляемом гигантским бобром, человечество строит много плотин, чтобы угодить своему правителю. Низко лежащий Копенгаген затоплен. Жертвы измеряются тысячами. Убитым горем датчанам уже не до выпечки! (обращаясь к Шелдону) Разве это не очевидно?!

— Он думает он такой умный, а на самом деле, как все мужики. Запрети ему что-то делать — ему сразу захочется отведать запретный плод. Если бы я не сказала своему брату-культяпке не чистить бензопилу руками, то мы до сих пор звали бы его Эдвард! В общем, сиди и не двигайся, я сейчас принесу еду. — Нет-нет, ну что вы, я сам могу! — Как мило...

— Знаешь ли ты, как, согласно статистике, я могу погибнуть в моём возрасте? — От рук соседа по квартире? — Вследствие несчастного случая! — Ну мы под него всё и замаскируем.

— Леонард, моя дверь. — А что с ней? — Отопри её, будь котиком. — Почему, у тебя не получается? — Думаешь, поставил меня в тупик? — Нет, за меня это сделала дверная ручка. — Радж, будь котиком, открой мне дверь. — Ах, ну, конечно.. — Вот он — котик. А ты нет. — Я котэ.

— Причина смерти твоего дядюшки Карла — ФСБ? Что это значит? — Фатальный Случай с Барсуком.

— Ты не понимаешь, Леонард! Я столько всего пропущу... Единую теорию поля, холодный ядерный синтез, песинога... — Песинога? — Это гибрид собаки и осьминога. Лучший подводный друг человека. — И что, над его созданием кто-то работает? — Я собирался этим заняться и подарить его себе на трехсотый день рождения. — Минуточку, но ты же не любишь собак... — Песиног может принести сразу восемь мячиков, как такое можно не любить?!

— Шелдон, ты уверен, что не хочешь просто извиниться перед Гейблом Хаузером и вернуться на работу? — Нет-нет, у меня еще столько дел! — Например, святящиеся рыбки, да? — Тсссс! — Извини, извини, молчу. — Это только начало, у меня еще есть идеи о компании по продаже товаров женской гигиены оптом!... Оу, светящиеся в темноте тампоны! Леонард, мы будем богаты!

— Ну и как я? — Э... Что конкретно ты имеешь в виду, скажи мне? — Да. Я немножко вспотел, или мне кажется? — Да нет, что ты, темные пятна в виде полумесяцев у тебя подмышками это отлично скрывают, поверь мне.

— Мы должны отнести это наверх, видимо. — Я так не думаю... — Это почему это? — У нас нет никаких... э..приспособлений, чтобы это сделать. — Да нам ничего и не надо, мы ведь физики! Мы интеллектуалы, последователи Архимеда; дай мне точку опоры, и я сдвину Землю, так что... Держи шкаф, Шелдон, держи!

— Чем была плоха наша мебель? — Тем, что она садовая! Да и гостей было некуда усадить. — А тебе в голову не приходило, что так оно и задумано?

— Я должен сказать тебе, что отлично выспался. Не долго, конечно, но очень крепко и умиротворенно. — Конечно, это ведь народное средство от бессонницы — вломиться среди ночи в квартиру соседки и убраться в ней. — Сарказм? — Думаешь?

— Это ты шутишь сейчас? — Очевидно, что да. Я думал, «бугагашенька» сама собой разумелась.

— Я не могу отнести вниз бак со сжатым азотом. — Почему не можешь? — Я перефразирую: он очень тяжелый и мне не хочется.

— Значит, Пи до восьмидесятого знака ты наизусть помнишь, а распознать сарказм не можешь? — А где здесь связь вообще?

— Ты единственный мой знакомый, который способен опошлить мастурбацию.

— Не хочешь меня кое в чем просветить? — Ну... Она пыталась открыть дверь ключом от машины... Потому что её лицо слишком среднезападное... У неё пол года не было секса... И еще она проглотила муху.

— Шелдон, только подумай, ты собираешься заставить Говарда выбирать между сексом и «Хейло». — Нет, я собираюсь заставить его выбирать между сексом и «Хейло 3». Как ты знаешь, секс нельзя проапргрейдить, о не поддерживает графику высокого разрешения или улучшенную оружейную систему. — Ты прав, конечно, секс — это всего лишь нагота, ахи-вздохи и огразм. — Ну вот видишь, преимущество на моей стороне.

— Что же нам делать? — Постой-ка, нам?! У тебя было полтора года на то, чтоб это были мы, а теперь ты — это ты и ты попала, деточка.

— Ты назначил второе свидание? — Нет, мы решили действовать по обстоятельствам. — Оу, даже я понимаю, что это провал.

— Знаешь, что я делал в детстве, когда хотел ощутить человеческое тепло? — Да, ты брал пенис в руку и не отпускал... Мне твоя мама рассказала.

— Леонард! Леонард! Что это такое? — Расслабься, это всего лишь грязный носок. — Как тебе не стыдно произносить слова «грязный носок» и «расслабься» в одном предложении?! — Шелдон! В этом мире полно бездомных, грязных носков. — В моем мире нет.