Моника Геллер

― Да, у меня есть мыло, губки, щетки, специальный воск для полировки машин и многое другое. ― Но у тебя же нет машины. ― Знаю, но однажды около нашего дома стояла такая грязная машина, что я решила её помыть. ― ... И? ― ... А заодно ― ещё шесть. ― Я так и думал.

— Интересно, где ты деньги возьмешь? — В медицинском колледже, я там участвую в одном исследовании. — Что это за исследование? — Ну специальные опыты. — Опыты?! И какие же интересно? — В плане детородной силы. — Джо, надеюсь, ты им отдаешь только свое время? — На самом деле чуть больше. — Спасибо, боже, за всю радость твою. — Да ладно вам, ничего особенного. Три раза в неделю я туда прихожу, делаю свой вклад в науку... А через две недели я получу за это семьсот долларов. — Это называется — зарабатывать на скорую руку. — Обхохочешься, правда? — Нет, это правда очень здорово. Наконец-то я знаю кого-то, кто любит свою работу. — Слушай, а что ты делаешь чтобы расслабиться после работы?

— Глен, его могут звать Глен. — Не слишком особенное имя. — Ну, тогда Агамемнон. — Слишком особенное. =========================== — А может Глен? — Это имя вышло из моды. — Тогда Анамемнон. — А это еще не вошло.

— Чендлер, ты же единственный ребенок в семье, братьев и сестер нет? — Нет, но есть воображаемый друг, которого мои родители любят больше.

— Она увидела, что я ее вот-вот заблокирую, поэтому она толкнула меня своим жирным локтем прям в лицо и побежала дальше. — Кстати, проводить победный тач-даун. — Ты тот матч не выиграла. Тач-даун не был засчитан, из-за эффектного нарушения правил — варварского перелома носа.

— Возможно, ты догонишь её у самого трапа. Позовёшь, крикнешь — «Я люблю тебя!» А она в ответ — «Я тоже тебя люблю!» А потом вы поцелуетесь так, что все вокруг будут вам аплодировать. — Я хорошо целуюсь. — А потом вы проскользнете в служебное помещение. В вас вспыхнет страсть, а тут войдет стюардесса... Я смотрю слишком много порно.

— А возле бассейна у вас будет табличка: «Мы не плаваем в вашем унитазе, поэтому не писайте в наш бассейн». — У нас не будет такой таблички. — Будет, я вам подарю.

— А давайте-ка сделаем кофе по-ирландски. — Что-то ты в последнее время все делаешь по-ирландски. — Я бы делал по-бельгийски, но их вафли не влезают во флягу.

— Если у нас немного жарковато, то ничего, проведем тематический рождественский вечер. — Ага, а тема — «Почувствуй себя копченым»!

Моника Геллер: — Ты сломал девочке ногу?! Росс Геллер: — Да, и чувствую себя отвратительно. Чендлер Бинг: — Надо же, а вчера на шоу Улица Сезам кукле оторвали голову! Тебя подвело самообладание. Росс Геллер: — Я хочу её навестить и подарить что-нибудь. Как вы думаете, что ей нужно? Моника Геллер: — Способность снова ходить! Вот что.

— Его самолет отлетает через сорок пять минут. — А разница во времени? — Между нами и аэропортом?

Росс Геллер: — Как она могла узнать номер твоей кредитки? Моника Геллер: — Не знаю, лучше посмотри, сколько она потратила! Рэйчел Грин: — Моника, успокойся, в банке сказали, что ты заплатишь только за свои покупки. Моника Геллер: — Ну и что, почему она так сорит моими деньгами? Росс Геллер: — У тебя сперли кредитку, вряд ли для того, чтобы экономить. Чендлер Бинг: — Вот идиотка, потратить семьдесят баксов на чудо-швабру... Моника Геллер: — Это я купила.

— Зак симпатичный парень, да? — Да, пожалуй. — Тебе бы не хотелось иметь от него ребенка? — Прошу прощения? — Мы говорили о доноре спермы. Зак — то, что нужно. Взгляни, он умный, здоровый, атлетически сложен... просто спермтастика.

— Ты открыла все подарки, хотя мы собирались сделать это вместе? — Ты целовался с другой женщиной? — Мы квиты? — Хорошо!

— Ты не можешь выйти за него замуж! — Женщина, ваш день прошел, теперь моя очередь. — Фиби! — А что, почему она не может выйти за меня? — Могу и выйду! — Она не беременна! Это Рейчел! Рейчел беременна, ясно? — О Боже! — Эй! — Фиби, он бы все равно заметил, если бы ты через девять месяцев не родила. — Это же Джоуи!

Я не могу сказать нет дважды. У меня неконтролируемая потребность угождать людям.

— Она неповторимая, как снежинка. Или как… — Как что-то, что похоже на снежинку, да? — Да-да!

— Когда я делал тебе предложение, я сказал, что сделаю всё, чтобы ты была счастлива. Если свадьба твоей мечты сделает тебя счастливой, мы её устроим. — Ты просто прелесть! А как же наше будущее и всё такое... — Не думай о будущем! Значит так! У нас будут всего двое детей, мы бросим жребий и отправим в колледж только одного. — Ты думал о таких вещах... — Да! — А сколько детей ты сначала хотел? — Четырёх: мальчика, девочек-близнецов, а потом ещё мальчика. — А о чём ты ещё думал? — О том, где мы будем жить. В маленьком домике за городом, где дети могут учиться кататься на велосипеде. У нас была бы кошка с колокольчиком на шее. Мы бы всегда слышали, как она заходит с улицы через свою маленькую дверцу. А над гаражом была бы квартирка, где Джо мог бы встретить старость.

— Я вижу, ты снова отпустил усы. — Да, моему носу стало одиноко.

Будь самим собой. Только не слишком.

— Симпатичная. Вот сидит симпатичная девушка. Она симпатичная. — Подойди к ней, пригласи куда-нибудь. Почему ты боишься? — Я могу умереть.

Как странно! Мы что-то значим для других людей и даже не подозреваем об этом.

— Почему на полу песок? — Боб сказал, что это из-за наводнения. — Или он держит здесь очень крупную кошку.

— Не говорят — «Нам нужно поговорить», если речь не идёт о чем-то плохом. — Но это вовсе не значит, что он собрался тебя бросать. — Правда? — Наверное он просто тебе изменил.

У меня тоже весело, просто там потише и веселье не так заметно.