Остающимся всегда капельку неловко перед теми, кому приходится досрочно исчезать...
Остающимся всегда капельку неловко перед теми, кому приходится досрочно исчезать...
Самый день длился без конца, семь нонешних жизней моих уместилось бы в одном.
... хоть бы замертво пасть, абы вдарить всласть!
... мы не ленивей Европы, ангелок мой, а только как вдарит наша континентальная зима, то невольно тянет русских к себе стародедовская, впрок натопленная лежанка.
Сам же я сижу над осколками прошлого, прикидываю их в несостоявшихся сочетаниях, размышляю на запретные темы, и кислая старческая слеза время от времени холодит мне губы и щеки...
Повержены старые боги: как ни румянь их, а все будут битые боги.
Ведь оно как... воздухи железо едят, а времена человека.
У нас тут очень смешно вышло. Барышня одна, така жулябия, завмагу за головку сыра отдалась. Шуму что было! Завмага вон, магазину ревизия (свиной головы недосчитались да маргарину пуд!), правление в газетах раскровенили. А дело-то не в завмаге, а в барышне. Завмаг, вишь, кривой, вроде моего Егорки. На него глядеть-то — в горле першит. А при барышне ейная мама да меньшой брат. Хотя не жаль, барышня-то из поповен, чего её жалеть! Наш папаня, бывало, говорил: «Не кажной маме дорога кровь чужого сына». Оно и наоборот справедливо...
...книги — как колодцы в пустыне, они принадлежат всем!
Нам державы удивляются, и так ли ещё впредь удивятся! Содрогнутся однажды державы и головами покачают, которые уцелеют.
Вот так и теряют друзей, когда в отношения закрадывается жалость.
Ты как русская баба. Они бывают только трёх возрастов: десяти, двадцати трёх и пятидесяти лет. И перемена происходит сразу, в один день.
Вражда с дураком не умнее дружбы.
Беседа с другом не возвращает молодости.
...человек живет радостью преодоленных несчастий.
Век бы мне твое, в стогу росистом, слушать сердце, как стучит оно, никогда бы лес разбойпым свистом и тебя не стал будить я... Но отпускай!... пора мне на дорогу. Дай кистень... не хочешь ли со мной в ату ночку, щедрую да строгую под багрово-каторжной луной? Все слышнее конская задышка сквозь надсадный скрип коростелей. Распусти ж объятье, пусть купчишка примет долю от руки моей. Погляди, как, сонного и злого, я его наотмашь стегану — не за кралю иль шальное слово и не за торговую мошну... Дальше было приписано вскользь, остылою, изнеможенною рукой: ...а за то натешусь всласть, что схотел он зорьку у народа, только что взошедшую, украсть!
Умный мужик не потому человека судит, чем вчера был, а кем завтра станет.
Всё на свете, побывав под большим колесом, становится мягче, даже камень.
Нонче, видишь ли, все людишки на два разряда поделились: съедобные и едучие.
В жизни-то не один изюм, есть в ней и кисленькое, и горчинка местами попадается... а иначе-то и жрать её не станешь, сопьёшься от сладости.
Э... жена всегда старая, даже когда молодая!
Жизнь-то больно коротка, ровно фронтовые щи... не успел двух глотков кое-как обжигаясь, сделать, как уж котелок из рук вышибли.
На женском волосе, ежели он с умной петелькой, тигра по улице возить можно.
Правда-то иногда и насмерть жалит, зато кривда ласкает, да нежит, да поддакивает.
Двое, глаза в глаза, мясо против железо.
2024 © «Мебель-24» - Данный интернет-сайт носит исключительно информационный характер и ни при каких условиях информационные материалы и цены, размещенные на сайте, не является публичной офертой, определяемой положениями Статьи 437 Гражданского кодекса РФ. Наш сайт не осуществляет НИКАКУЮ продажу товаров. Наш адрес: РоссияПосмотреть на карте |
