Омар Хайям

Хоть этот мир лишь для тебя, ты мыслишь, сотворен, Не полагайся на него, будь сердцем умудрен. Ведь много до тебя людей пришло — ушло навек; Возьми свое, пока ты сам на казнь не уведен.

Я словно старый зуб, что бурею разбит, Увял и пожелтел гранат моих ланит.

Росинки на тюльпане — жемчужины цветка, Свои головки клонят фиалки цветника. Но как соблазна полон трепещущий бутон, Что прячется стыдливо в одежд своих шелка!

О избранный, к словам моим коснись, Непостоянства неба не страшись! Смиренно сядь в углу довольства малым, В игру Судьбы вниманьем углубись.

Доколе быть в плену румян и благовоний За тленной красотой и мерзостью в погоне?

В этом мире глупцов, подлецов, торгашей Уши, мудрый, заткни, рот зашей, Веки плотно зажмурь — хоть немного подумай О сохранности глаз, языка и ушей.

Всё — и Зло, и Добро, что людская скрывает природа, Высшей воле подвластно, и здесь не дана нам свобода.

Раз увеличить нам нельзя, не уменьшить свой удел, Не огорчайся же, мудрец, из-за пустых и важных дел.

Если в городе отличишься, — станешь злобы людской мишенью, Если в келье уединишься, — повод к подлому подозренью. Лучше стань никому не ведом, лучше стань невидимой тенью.

Друзья, дадим обет быть вместе в этот час, В веселье на печаль совместно ополчась.

Все этого пестрого мира дела, — как я вижу - Презренны, никчемны, исполнены зла, как я вижу. Что ж, слава Творцу! Этот дом, что я строил всю жизнь, Невежды сожгут и разрушат дотла, — как я вижу.

В любви к тебе не страшен мне укор, С невеждами я не вступаю в спор.

Из-за рока неверного, гневного не огорчайся, Из-за древнего мира плачевного не огорчайся. Весел будь! Что случилось — прошло, а что будет — не видно, Ради сует удела двухдневного не огорчайся.

Несовместимых мы всегда полны желаний: В одной руке — бокал, другая на Коране.

Зачем копить добро в пустыне бытия? Кто вечно жил средь нас? Таких не видел я. Ведь жизнь нам в долг дана, и то на срок недолгий. А то, что в долг дано, не собственность твоя.

Ты, о Небо, за горло счастливца берешь, Ты рубаху, в которой родился он, рвешь.

Небосвод! Лишь от злобы твоей наши беды идут, От тебя справедливости мудрые люди не ждут.

Зачем, о грехах вспоминая, Хайям, убиваешься ты? О грешник, иль в милости божьей душой сомневаешься ты? Коль не было бы грехов, то не было бы и прощенья. Прощенье живет для греха. Так о чем сокрушаешься ты?

Хоть я в покорстве клятвы не давал, Хоть пыль грехов с лица не отмывал, Но верил я в твое великодушье...

Как жаль, что бесполезно жизнь прошла, Погибла, будто выжжена дотла. Как горько, что душа томилась праздно И от твоих велений отошла.

Я мук разлуки нашей не забуду, Ищу тебя, невольно веря чуду.

Я красоты приемлю самовластье, К ее порогу сам готов припасть я. Не обижайся на ее причуды. Ведь все, что от нее исходит — счастье.

О судьба! Ты насилье во всём утверждаешь сама. Беспределен твой гнет, как тебя породившая тьма: Благо подлым даришь Ты, а горе сердцам благородным. Иль Ты не способна к Добру, иль сошла Ты с ума?

Зачем себя томить и утруждать, Зачем себе чрезмерного желать? Что предначертано, то с нами будет, - Ни меньше и ни больше нам не взять.

Все здесь не по твоей вершится воле, - Будь мудр, доволен тем, чем ты живешь.