— Ваше Преосвященство, я прошу срочно предоставить мне недельный отпуск по семейным обстоятельствам! ⠀⠀ — Что у Вас с лицом? — Э… На меня упала лестница, монсеньор! — Да? Упала по семейным обстоятельствам? — Нет… По голове.⠀⠀
— Ваше Преосвященство, я прошу срочно предоставить мне недельный отпуск по семейным обстоятельствам! ⠀⠀ — Что у Вас с лицом? — Э… На меня упала лестница, монсеньор! — Да? Упала по семейным обстоятельствам? — Нет… По голове.⠀⠀
Мы жили вместе. Вместе ненавидели, любили, вместе сражались и вместе проливали кровь. Д'Артаньян, я любил вас, как сына. Портос, мы десять лет были рядом. Арамис также брат вам, как и мне. Д'Артаньян и Портос, что значит для вас Мазарини, что значит для нас Фронда и герцог, когда в опасности наша дружба?
Верьте, Ваше Величество, в этой груди сердце, которое бьется за Вас и всегда будет биться за Вас до последнего удара!... Бог мой, разве Вы не знаете, мы столько раз рисковали за Вас жизнью, Ваше Величество! Так неужели Вы не сжалитесь над Вашими верными слугами, которые в течение двадцати лет оставались в тени, ни словом, ни вздохом не выдавая Вашей тайны и не напоминая о себе?
— Вот Вы мне объясните, Д'Артаньян, почему Вы всегда спите днем? — Да потому что ночью спите Вы, Портос! — Ну и что? — Да Вы храпите, как табун лошадей!
— Что для Вас свобода, Портос? — Ну, это хорошая драка, отличная выпивка, ну и приличная закуска. — Вы забыли про женщин, дорогой Портос. Это плохой признак.
— Бедный Арамис! Он был такой... красивый, скромный, изящный юноша! И писал неплохие стихи! Говорят, он плохо кончил... — Совсем плохо. Он сделался аббатом.
Рауль, мой вам совет, никогда не задавайте лишних вопросов. И старайтесь не отвечать на них. Поверьте аббату, который больше мушкетер, и мушкетеру, который больше аббат.
Вот так всю жизнь. Чем больше я хочу, тем меньше мне везет.
Сударь, в нашей стране значительно больше палачей, чем друзей.
Не называйте меня милордом. Называйте сэром. После этого легче будет называть меня сиром.
Я чувствую себя пыльной статуей, забытой в подвале. Такая жизнь, Портос, может убить похлеще пушечного ядра.
— Лагерь пуст. — Пуст? Я погиб... — Нет, Ваше величество, Вас всего лишь предали.
Успокойтесь, Портос. Нужно уважать человека, который трижды возвращался из преисподней.
Я вмешиваюсь в то, что меня касается, и умею делать вид, будто не замечаю того, до чего мне нет дела.
— У вас есть свои тайны, у нас – свои. И очень хорошо, что мы не выдали их друг другу. Это значит, что мы еще умеем хранить тайны. — Да, но похоже мы не умеем хранить дружбу...
— Значит, Вы на его стороне. А мы поклялись привезти Бофора живого или мертвого! Теперь мы обесчещены! — Я согласен с Д'Артаньяном! — Друзья! Вы что, жалете, что не пролили нашей крови? — Нет! Мне больно, что мы идем друг против друга! Мы, которые всегда были вместе! Теперь нам ни в чем не будет удачи!
Не надо о ней вам рассказывать мне - Не стану я сплетням внимать. Она все равно лучше всех на Земле, Потому что она моя мать. Она самой лучшей на свете была, И мне никогда не лгала, И все! И довольно вранья! Меня лишь она понимала одна, Мне жизнь подарила она, Она, она родила меня, меня! Кричите, взывая к прошедшим годам, Пытаясь ее проклинать, А я за нее все на свете отдам, Потому что она моя мать.
— Мне кажется, Портос, Вы достаточно богаты для того, чтобы снова искать приключений. — Да, я богат. Но человек уж так устроен, что ему всегда чего-то не хватает. — Чего же не хватает Вам? — Честно говоря, совсем немногого. Баронского титула. — Ах, правда, я и забыл.
Вы себе представить не можете, с тех пор, как я здесь, как мне порой хочется размять свои кости. Иной раз в воскресенье после церкви я скачу на лошади по полям, по лугам моих соседей в надежде хоть на какую-нибудь стычку, так как чувствую, что мне это просто необходимо! Но ничего не происходит, ничего не случается! То ли меня не уважают, то ли боятся, что вероятнее всего...
— Мы и вдвоем стоим целой дюжины! — Но вчетвером мы стоили бы тридцати пяти.
— Атос! Атос? Портос, где же Атос? — Дорогой друг, Атос стал много пить. До меня дошли слухи, что он спивается. — Что?! Ему нельзя пить... — Никому нельзя пить...
— Вы же знаете, что Ваши враги – мои враги. — Ваше Величество, но этого недостаточно! — О! Что же Вы ещё хотите? — Ваше Величество, надо, чтобы и Ваши друзья были моими друзьями!
— А что мы будем делать? — Всё! — Кхе... — Мне кажется, Вы способны на всё!
Бедная госпожа дю Валлон. У нее был не очень покладистый характер, но, в конце концов, она смирилась с моими привычками.
Давайте лучше выпьем! Выпьем за нас. И не будем ни на чьей стороне: ни на стороне Мазарини, ни на стороне Фронды. Будем мушкетерами!
2024 © «Мебель-24» - Данный интернет-сайт носит исключительно информационный характер и ни при каких условиях информационные материалы и цены, размещенные на сайте, не является публичной офертой, определяемой положениями Статьи 437 Гражданского кодекса РФ. Наш сайт не осуществляет НИКАКУЮ продажу товаров. Наш адрес: РоссияПосмотреть на карте |
