Сваты

Что-то эти — затихли... [показывает в сторону спальни своих сватов Ковалевых] Анатолич либо уснул, либо его убили...

Анатолич! Привет! Ну, как жизнь? Молодая, предпенсионная?!

— Он разве не с вами был? — Был! Но час назад — фить! И сплыл! — Какой фить?! Какой фить?! Он даже не возвращался! — Где Юра?! — Я же вам говорю: час назад ушел ваш Анатольевич! Я его еще так спросил: «Анатолич, а ты сам-то дойдешь..?» Но Анатолич на всех порах с высоко поднятой головой!... Вжинь! Фить! — А ты что?! Ты даже не проводил Юрия Анатольевича?! — Что же он, десятиклассница в мини-юбке, чтобы его провожать?

— Вот скажи мне, профессор, как человек с высшим образованием человеку со средним образованием, но очень специальным! Когда закончится кризис? — Значит так, вся мировая экономика зиждется на постулатах Адама Смита. Очевидно, эту проблему нужно рассматривать как социальное явление, вызванное кризисом перепроизводства. — О, профессор! Ну голова! Это ж так надо было объяснить, шо теперь вообще ничего непонятно! — Хороший ты мужик, Митяй! Хоть и сволочь! А профессор хорошо сказал. Ты просто не знаешь слово «жиждитця»!

— Ну че? Пойдём, по капушке налью. Митяй — не жадный... Заработали! — Шо?! Шо бы я после этого с тобой за один стол сел? Да ни в жизнь! Я лучше пить брошу — это раз! А во-вторых, мы с Анатольевичем одеколон не пьём!

— Иван Степанович, вы куда? — У Рейкьявик — пазитиў искать!

— Ой, Вань, шо-то мне не по себе... — Та ладно, ад как ад. Хотя священной водички надо было прихватить на всякий пожарный.

— Здрасте, я Филлип Киркоров. — Здрасте. Да хоть Леди Гага, знаете такую? — Да... — Ну молодец! Билетов нет! — Откройте, пожалуйста. — Смирись, дружок! Судьба твоя такая! Киркоров! А я продавец светофоров!... Но похож, гад, похож.

Ты шо там ржешь как зебра африканская?!

Тут такое дело: не могла бы ты себе наших клиентов забрать? А то нам позарез надо от них здыхаться… А топить их вроде жалко.

— Завтра здесь будет хозяин. — Какой хозяин? — Хозяин дома! — Ээ, какого дома? — Хозяин этого дома из Голландии! Рассказать из какой Голландии?!

— Подождите! Я машину закрою. — Ванька, не зли меня, кому нужна твоя консервная банка?

— Котя, а может, мы дождемся, когда они уснут? — Юра, не будь тютей. В конце концов кто кого приглашает на свидание? — Я тебя. — Ну тогда стой и молчи. А то вообще никуда не пойду.

— И где ж ты такую библиотеку круглосуточную нашла? — А есть такие, сейчас открылась масса библиотек, которые работают допоздна! — Я гляжу, вы тоже оттуда, больно лицо у вас начитанное!

— Почём? — Что почём? — В глаз тебе заехать почём?!

— Валентина Петровна, вам не кажется, что мы с вами собрались по одному и тому же поводу? — Шо, у вас тоже тараканы? — Перестаньте.

— Жень, подожди. Дай мне минуту — я все объясню. — Время пошло. — Понимаешь, вчера моя сестра поссорилась со своим парнем...потом затопила соседей и вдребезги разбила мой мобильник. Я потом три часа отмывал этот потоп, ругался с соседями и успокаивал сестру. Я знаю, это звучит по-идиотски, но именно так по-идиотски это все и произошло. — Как трогательно. Ну и где? — Что где? — Где сестра? Где её парень? Где соседи? Почему не они пришли за тебя извиняться? Это же твой стиль.

— Ну Анатолич, ну Отелло. Валюха, а как ты думаешь, он задушит свою Дездемону Николавну? — Тебе бы все хиханьки да хаханьки.

— Девочки, вы супер! — Слышь, девочки! — На здоровье, мальчик!

— Отчет, Ольга Николавна, у Вас получился на славу. Так и хочется его завизировать его собственной рукой пару раз. — Саша, что ты здесь делаешь? — Нет, я хотел бы спросить, что ты здесь делаешь? — Я что-то не понимаю. Что происходит? — Ну, а я так понимаю, что голова вообще не самая сильная часть вашего тела. — Так, кажется, я понимаю. Прошу прощения, это Алехандро — мой преподаватель по танцам. — Какие танцы, Оля? Не надо делать из меня идиота. — Да, действительно не надо. Ты и так великолепно справляешься с этой ролью. Да, кстати, хотела представить Вам вашего теску, Алехандро Алехадровича. Ну и я так полагаю, после сегодняшнего спектакля это мой бывший будущий муж. Адьес, амигос.

— Никогда не думала, что гонять на желтом запорожце под дождем — это так круто. — Еще бы. Это ведь не «Запорожец», это солнце. — Солнце не глохнет каждых полчаса. — Да. Солнце старенькое, зато тепленькое. — Это правда.

— Не слушайте её! Это Офелии сестра, умалишённая с рождения, не ведает она, что говорит. А ну-ка прочь из замка, куртизанка, пока на помощь я не позвала... не позвал! — А обзываться, стражник, некрасиво. Тем более, большой ещё вопрос, по ком из нас диспансер больше плачет.

«Бункер Будько» слушает.

А самолёт летит — колёса терлися, а вы не ждали нас, а мы припёрлися.

Слово Будько — закон!