А вдруг наши родственные души, — те люди, что сейчас находятся рядом, пока возлюбленные появляются и исчезают?
А вдруг наши родственные души, — те люди, что сейчас находятся рядом, пока возлюбленные появляются и исчезают?
Он актер, у него патологическая нужда одобрения, признания и славы. Искреннее человеческое взаимодействие практически невозможно.
— Лив, он рискнул всем, чтобы спасти тебя... — Верно. Я знаю, кто он, даже если он иногда забывает.
— Лив, мне очень жаль, что мы не успели спасти твоего парня... — Мне тоже. Его звали Левон. И он был бы жив, если бы ты меня не похитил. — Я знаю. Но тогда ты была бы мертва...
— Что за взгляд? Думаешь, я мало сделала? — Ты еще не закончила. — Я даже не помню цели. — Все просто: убедить людей, что они могут мирно жить бок о бок с зомби. Вот и все. — Да, и все! Я больше этого не хочу, Рави. — Сотни людей, которые тебя даже не знали, бросились на вооруженных солдат, чтобы спасти тебе жизнь.
— Если они осмелятся — они заплатят, Лив. Я сделаю это своей целью. — Тогда им стоит боятся. Мы всегда говорили, что наши имена будут знамениты... наверное, надо было уточнять...
— Кто приходил? — Капитан Хоббс. — Что хотел этот нытик-жополиз? — Он хочет свергнуть Чейза и сделать меня новым командиром. — Я имела в виду, что хотел этот гениальный стратег и благородный рыцарь восстания?
— Слушай, считай меня своим личным джином, конечно, без волшебных способностей. Скажи, чего желает твое сердце? — Научишь меня водить? — Этого джин не ожидал. Но несмотря на то, что мысль посадить подростка, которому нечего терять в две тысячи килограммовый автомобиль со мной внутри, до чертиков пугает... слушаю и повинуюсь.
— Похоже на травму от тупого предмета. — О спасибо, доктор! Не возражаешь, если выскажусь я? Чтобы оправдать годы обучения в медицинском. — У неё такие пышные... волосы! — И немаленький пенис... — Вот и оправдались годы в медицинском.
— Хочу заметить, секс сильно переоценивают. — Поэтому ты не можешь дождаться двух часов, когда вернется Пейтон? Потому что секс сильно переоценивают?
— Он на меня посмотрел, слушай, посмотрел! — Осторожнее, Джоуи, не дай Бог, забеременеешь, такое он тоже может. — Эй, этот человек спас командора от неминуемой смерти, а вы чем прославились? — Хватанием за жопы, сэр. Беспробудным пьянством, сэр.
— Ее маме это не понравится. «Привет, мам, я единственная в мире, кто не может стать зомби. Я умру здесь, в чужом городе, окруженная людьми, которых ты не знаешь, с истыканным телом, а потом и истыканным трупом, потому что они готовят вакцину». — Изабель может быть ключом к созданию вакцины, что помешает каждому человеку на планете подхватить зомби-вирус. Как бы ей ни было трудно, она поступает очень ответственно, очень по-взрослому.
Эй, хватит все время ставить песни про тракторы и холодное пиво, от них даже мертвым хочется умереть.
— Не страшись, милорд, мой меч и моя жизнь — к твоим услугам. — У тебя нет меча. И жизни, если на то пошло.
— Какого черта? Это гильотина? — Своего рода. Гильотина для зомби.
— Лив! Клайв! Чем обязан такому удовольствию? — Рави, ты... — Голый. — Как новорожденный.
Если мозг не разнесёшь, то меня ты не убьёшь. Рассчитайся. Раз, два. Рассчитайся. Три, четыре.
— Закрыть газету после критикующей статьи — так поступают диктаторы. — А я диктатор. Хотите знать, когда демократия не работает? Не работает, когда вы сидите на пороховой бочке, не работает, когда люди голодают, не работает, когда весь ваш вид на грани исчезновения.
— Я думал он станет Снеговиком Фрости, но когда он одел шляпу, то преисполнился жизни, приобрел развязность, так и излучает сексуальный магнетизм. — Что за извращенную версию «Снеговика Фрости» показывают английским детям?
— Стойте, вы хотите сказать, что это сделала я? Нет, никто не убивает парня, подарившего множественные оргазмы. — Вряд ли суд примет такой аргумент.
Ребенок с расщепленным позвоночником, юноша с болезнью Лу Герига, старушка с первыми признаками Альцгеймера... Мы нужны каждому и все они заслуживают помощи. И мне нужно решить, кому жить, а чья история оборвется. Я хотела помочь живым, хотела настоящее дело. Что ж, теперь я в деле...
— Спасать человеческие жизни — это хорошее впечатление. — Так вы поэтому нарушали закон? Вы патриотка-зомби и пытались произвести хорошее впечатление? — Нет, Чейз, я нарушила закон потому, что спасение человеческих жизней позволяло мне чувствовать себя хорошо, быть нужной. Приятно воссоединять семьи. Это по-человечески. Сам как-нибудь попробуй.
Может, поиск родственной души переоценивают. Или мы не там ищем. Может, наши половинки среди людей, которые уже рядом и остаются с тобой, пока романтика накатывает и проходит.
В сравнении с этим местом, подвал Фредди Крюгера выглядит как фабрика Вилли Вонки.
Фанатик — он всегда фанатик.
2024 © «Мебель-24» - Данный интернет-сайт носит исключительно информационный характер и ни при каких условиях информационные материалы и цены, размещенные на сайте, не является публичной офертой, определяемой положениями Статьи 437 Гражданского кодекса РФ. Наш сайт не осуществляет НИКАКУЮ продажу товаров. Наш адрес: РоссияПосмотреть на карте |
