Ирвин Уэлш

В Крисси я видел кого-то, кому не нравился ни мир, ни она сама, и она пыталась решить проблему с помощью ебли и наркоты, не понимая, что она только усложняет себе жизнь, накапливая проблемы.

Я где-то читал про то, что девчонки всегда или святые, или бляди. Но, по-моему, это как-то слишком упрощенно... бред какой-то. А может, это было про то, что это так парни обычно на девчонок смотрят.

Кислота, приятель, на хрен, на хрен, больше никогда, никогда, то есть, по крайней мере, до следующего раза.

Окружение меняется так постепенно, что ты, не замечая, миришься с этим, а потом вдруг видишь, что всё уже не то.

Будто бы физическая близость может решить проблему эмоциональной отчужденности.

Почему люди думают, что тебе хочется всё это слушать?

Малыш Рентс похож на обмякший член, затиснутый между кучей пизд. Иногда мне кажется, что этот придурок всё ещё думает, будто эрекция нужна для того, чтобы ссать через высокие стены.

[ Два парня не хотели пускать ещё одного парня в толчок, потому что думали, что он там ширнуться хочет ] — У меня уже несколько дней ***аный понос, чувак. И мне опять приспичило. Мне надо просраться. Это, конечно, не параша, а полный ***ец, но мне придётся срать либо сюда, либо себе в штаны. У меня нет никакого дерьма. Просто у меня охуенно болит живот, а на остальное мне плевать. Этот мудак сочувственно кивнул мне и посторонился. Я почувствовал, как говно потекло по штанам, и перешагнул порог. Я подумал, как смешно выглядело, когда я сказал, что у меня нет никакого дерьма, тогда как у самого уже были полные штаны.

Но я не вижу никакого смысла в том, чтобы выставлять напоказ то, что я ещё могу скрыть.

У каждого своя ахиллесова пята, и я никогда не забываю напомнить об этом своим коллегам. Чтобы не задавались. Мордой об асфальт. Сразу самомнения убавляется.

Ты просто подделка, Ллойд, ты — эмоциональная и сексуальная подделка. Не можешь, не лезь, раз эмоционально не дорос... Не говори, что тебе доступны эмоции, которых ты не можешь получить без наркотиков!

Не бойся любви, парень, именно это им и нужно. Именно так они нас и различают. Не бойся никогда любви.

Не отдавай слишком много этому миру. Вот в чем твоя беда — ты слишком много отдаешь себя. Оставь что-нибудь самой себе, Хедер. А иначе, ты скоро поймешь, что другие забирают слишком много. И заберут все без остатка. Одно дело завоевать себе свободу, другое — удержать ее.

<...> я не знаю, что же такое любовь, понимаешь, типа, быть влюблённым. <...> Любовь — это когда ты хочешь дырку каждый вечер и при этом с одной девчонкой.

Omnia vincit amor, любовь все побеждает. Если вы друг друга любите, все получится, а если нет – пора двигать дальше.

— Картошка, глянь на этого жирного. Прожорливый ублюдок. Я никогда не поверю во всю эту херню насчёт желёз и обмена веществ. Ты видел в фильме про Эфиопию хоть одного жирного ублюдка? У них там что, желёз нет? Как бы не так, — Картошка отвечает на его возмущение удолбанной улыбкой.

Оборачиваюсь на своих приятелей; хоть они и бывают иногда настоящими подонками, но всё же это лучшие друзья на свете.

Страх леденящим холодом пробежал по спине, раскалывая по пути один за другим все позвонки спинного мозга.

Аист Марабу – хищная птица, кроме того, она питается падалью. Эти качества заставляют людей ненавидеть и презирать Аиста Марабу. Люди предпочитают животных, чьими качествами они сами хотели бы обладать, и ненавидят тех, чьи черты они напрасно полагают не присущими человеку. Однако не добродушный, сильный медведь, не грациозная, вкрадчивая кошка и не преданная, дружелюбная собака правят Миром, в котором мы живем; этим миром правят Аисты Марабу, а они, как известно, – гнусные подонки. Даже стервятников так не разносят в местных газетах.

Все вокруг не настоящие, но все это существует.

Боль – она ходит по кругу. И только исключительно сильный человек может сказать: нет, хватит. Слабые люди держат все в себе и, не причиняя никому зла, терпят, пока боль не разорвет их на части.

Если ты терпишь боль, ты можешь задать жару любому противнику. Если ты терпишь боль и не ссышься от страха, да еще и к тому же зол.

Любите меня, почему же вы меня не любите? Моя жизнь стала дерьмом из-за вас! Я не хотел издеваться над той девчонкой, не я виноват в бедности и абсолютной тупости моей семьи!

У нее для каждого была улыбка, да такая, что невозможно было не улыбнуться в ответ: не тупая безликая улыбочка вежливости, а настоящая, привлекающая улыбка, вызывающая реакцию. Так улыбаются люди, уверенные в том, что в каждом можно найти добро, и они обязательно его находят.

Это очень важно — помнить, что мы всегда оплакиваем самих себя.