Морис Дрюон

Нередко бразды правления вручались подростку, которого могущество власти увлекало, как занятная игра. Еще вчера он забавы ради отрывал крылышки у мух, а сегодня мог забавы ради отрубить голову у человека. Такой слишком юный властелин не боялся, да и просто не представлял себе смерти и поэтому, не колеблясь, сеял ее вокруг себя.

Одна согрешившая женщина – это слабенький редут. Но три спевшихся бесстыдницы – это уже неприступная крепость.

— Но этот неотступный страх перед старостью, граничащий, если можно так выразиться, с психозом, — произнёс он более отчётливо и громко, — счастье для тех, кто его испытывает, ибо он избавляет их от неотступного страха перед смертью, угнетающего столь многих.

Достигнув известного возраста, люди, пользующиеся определённой репутацией, вынуждены отвечать тому представлению, какое о них сложилось: памфлетист должен писать памфлеты, человек учтивый — проявлять учтивость; даже фантазёр, состарившись, обязан предаваться фантазиям.

Если столько лет в обществе твердят одно и то же, это в конце концов становится правдой.

В эту минуту вошла госпожа Полан; безошибочный инстинкт подсказал ей, что уход в отставку — событие столь же прискорбное, как смерть.

Старуха, видевшая, как вышел Люлю, высокомерно посмотрела на девушку: в её взгляде презрение простого человека к низости сочеталось с почтительным отношением к деньгам.

Гениальность рода человеческого — величина постоянная, подобно тому как постоянно количество редких газов в земной атмосфере.

— Понимаешь, как дело доходит до денег, он настоящий садист: любит, когда их просят у него, унижаются и чтобы человек при этом испытывал мучительную неловкость...

Певучий голос придворной дамы терялся под сводами залы, слишком просторной, чтобы женщина могла здесь чувствовать себя счастливой.

Мы являемся жертвами тех чувств, которые испытывают к нам другие.

Они походили на пассажиров судна, поставленного на карантин в связи с эпидемией невезения.

Никогда не стоит возвращаться в те места, где ты когда-то была счастлива.

Устраивать счастье тех, кого любишь, вопреки их воле и даже наперекор ей — значит любить недостаточно.

Люди посредственные терпят около себя лишь льстецов, что и понятно: стараниями льстеца посредственность может не считать себя таковой.

Между водой и женским началом существует явное сообщничество, как между мужским началом и огнём.

Разве существует иное счастье, кроме сознания, что мы отвечаем уделу своему? Разве счастье не в том, чтобы научиться неизменно отвечать «да» Господу... и часто отвечать «нет» людям?

Неудачная любовь не обязательно пагубна. Она может быть и благотворна, если тот, кто от неё избавляется, вновь обретает себя, но улучшенного. Она сжигает в сердце взрослого то, что остается от детства.

Наши первые возлюбленные оставляют в нас глубокий отпечаток. Потом мы сами метим других.

Что такое равновесие, если не постоянно исправляемое неравновесие?

...власть плохо вдается в доводы бунта; но бунт вообще никогда не вдается в доводы власти.

Не свершиться ничему великому в области политической, всё скоротечно, если не будет людей, чей гений, свойства характера, воля смогут разжечь, сплотить и направить энергию народа. Все гибнет, когда во главе государства стоят, сменяя друг друга, скудоумные люди. На обломках величия распадается единство.

Отечество, правосудие, государство — основа основ нации.

Существует два рода людей суеверных: одни стараются никогда не упоминать о несчастиях, а другие постоянно говорят о них, бросая вызов судьбе, в надежде отвести беду.

Мужество доказывается тем, что вы сумеете опровергнуть предъявленное вам обвинение.