Платон

Любовь — это серьезное психическое заболевание.

Стыд — страх перед ожидаемым бесчестием.

Необходимость — мать всех изобретений.

Астрономия заставляет душу смотреть вверх и ведет нас из этого мира в другой.

Не стоит нам здесь распространяться о том, что женщины ткут, пекут жертвенные лепешки, варят похлебку. Действительно, в этом-то женский пол кое-что смыслит — вот почему все осмеивают женщину, если она не справляется даже с этим.

Значит, если кто-то станет утверждать, что воздавать каждому должное — справедливо, и будет понимать это так, что справедливый человек должен причинять вред врагам, а друзьям приносить пользу, то говорящий этот вовсе не мудрец, потому что он сказал неправду, ведь мы выяснили, что справедливо никому ни в чем не вредить.

Хороший человек — тот, кто способен платить другому добром.

Покажи мне свою немногословность, а многословие покажешь в другой раз.

Те, кто достаточно умен, чтобы не лезть в политику, наказываются тем, что ими правят люди глупее их самих.

Сумасшествие дало человечеству величайшие блага.

Никто из нас ещё не родился бессмертным, и, если бы это с кем-нибудь случилось, он не был бы счастлив, как это кажется многим.

Герой рождается среди сотни, мудрый человек есть среди тысячи, но совершенного можно не найти и среди сотни тысяч.

Творения здравомыслящих затмятся творениями неистовых.

Ничто в мире не заслуживает больших усилий.

Время — движущееся подобие вечности.

Люди назвали любовь Эросом, ибо он обладает крыльями. Боги назвали её Птеросом, так как она имеет силу окрылять других.

Каждый человек, кого коснется Эрот, становится поэтом, хотя бы дотоле он и был чужд Музам.

Что есть глаза для тела, то и познание для духа.

Женский пол — это другая часть нашего человеческого рода: правда, ввиду своей слабости он уродился более скрытным и лукавым.

Книга — немой учитель.

Ничто не является более тягостным для мудрого человека и ничто не доставляет ему большего беспокойства, чем необходимость тратить на пустяки и бесполезные вещи больше времени, чем они того заслуживают.

Воспитание есть усвоение хороших привычек.

— Из богов никто не занимается философией и не желает стать мудрым, поскольку боги и так уже мудры; да и вообще тот, кто мудр, к мудрости не стремится. Но не занимаются философией и не желают стать мудрыми опять-таки и невежды. Ведь тем-то и скверно невежество, что человек и не прекрасный, и не совершенный, и не умный вполне доволен собой. А кто не считает, что в чем-то нуждается, тот и не желает того, в чем, по его мнению, не испытывает нужды. — Так кто же, Диотима, — спросил я, — стремится к мудрости, коль скоро ни мудрецы, ни невежды философией не занимаются? — Ясно и ребенку, — отвечала она, — что занимаются ею те, кто находятся посредине между мудрецами и невеждами.

Нет более верного признака дурного устройства городов, чем обилие в них юристов и врачей.

Один только рассудительный человек может познать самого себя и выявить, что именно он знает и что — нет, и точно так же он будет способен разглядеть других — что именно каждый из них знает и думает.